25 декабря: день, когда приказ Толопило уничтожил самолёт AZAL

Несмотря на то, что с момента трагедии прошло уже много месяцев, Россия упорно отказывается признавать вину за сбитый самолет ЗАО «Азербайджанские авиалинии» (AZAL). Виновные в этой катастрофе до сих пор не понесли наказания: они продолжают службу, а некоторые даже получили повышение.

По данным Minval Politika, в цепочке решений, приведших к удару по гражданскому рейсу AZAL, фигурируют ключевые лица:

– ​генерал-майор Александр Толопило – командир 51-й дивизии ПВО, санкционировавший пуск ракеты;

​– подполковник Николай Орлянский – принял приказ и передал его расчету;

​– ​капитан Дмитрий Паладичук – произвел непосредственный запуск;

​– капитан Дмитрий Пудовкин – старший штурман группы боевого управления 51-й дивизии ПВО;

​– ​подполковник Владимир Яновский – оперативный дежурный штаба Южного военного округа;

– ​полковник Геннадий Еременко – оперативный дежурный командного пункта 4-й гвардейской армии ВВС и ПВО.

Все они, согласно источникам, играли активную роль в трагедии. Но никто из них не был привлечен к ответственности – более того, отдельные офицеры получили новые назначения.

Приказ Толопило и трагедия рейса AZAL

Именно генерал-майор Александр Толопило санкционировал применение зенитно-ракетного комплекса «Панцирь-С» против пассажирского самолета, следовавшего по маршруту Баку – Грозный. В результате атаки авиалайнер был вынужден совершить аварийную посадку в Актау. Погибли 38 человек из 67 находившихся на борту.

Как сообщалось ранее, расчет «Панциря» находился в ненадлежащем техническом и организационном состоянии, что не позволило своевременно распознать гражданский борт. Несмотря на это, Толопило не только избежал наказания, но и пошел на повышение – был назначен заместителем командующего 11-й гвардейской армией ВВС и ПВО Восточного военного округа.

Карьерный рост на фоне скандалов

Как стало известно сайту, после командования 51-й дивизией ПВО генерал-майор Толопило был назначен на должность начальника штаба – первого заместителя командующего 11-й армии ВВС и ПВО. Это назначение вызывает вопросы: столь стремительное продвижение для командира дивизии, как правило, становится возможным лишь при наличии серьезных заслуг или особого покровительства.

Однако досье Толопило далеко от безупречного. В его служебном списке фигурируют эпизоды, которые можно квалифицировать как служебные преступления, но они так и остались безнаказанными. Один из самых громких случаев произошел 8 июня 2024 года. В тот день, по вине командования 51-й дивизии ПВО во главе с Толопило и его подчиненных, в ходе атаки украинских беспилотных аппаратов был поврежден истребитель Су-57 – один из самых дорогих и «престижных» образцов российской авиации. Кроме того, на территории аэродрома базирования 929-го Государственного летно-испытательного центра имени Чкалова в Ахтубинском районе Астраханской области (РФ) пострадали сотрудники гражданского персонала.

При том, что режимы работы на РЛС были установлены верно, в соответствии с методическими указаниями по выбору режимов работы для различных образцов РЛС при борьбе малоразмерными БПЛА, реактивными системами залпового огня, противорадиолокационная ракета типа «Харм», однако еще 7 июня 2024 года была обнаружена неисправность некоторых боевых машин, о чем было тут же доложено руководству.

«ЗРДН (зенитный ракетный дивизион, структурное формирование в составе зенитных ракетных полков или бригад, предназначенное для защиты от воздушных ударов противника - ред.) узла ПВО-НПРО исправен; 2 ЗРДН узла ПВО-НПРО – исправен; 3 ЗРДН узла ПВО-НПРО № 7 исправен; 4 ЗРДН узла ПВО-НПРО № 7 – исправен, БМ «Панцирь-С» № 2009 исправна; БМ «Панцирь-С» № 290 – исправна; БМ «Панцирь-С» № 2127 исправна; БМ «Панцирь-С» № 215 – неисправна; БМ «Панцирь-С» № 253 неисправна; БМ «Панцирь-С» № 2176 – неисправна», – говорится в следственном документе, который оказался в распоряжении Minval Politika.

В том же документе объясняется причина поражения беспилотником объекта, то есть самолета-истребителя: «БМ «Панцирь-С» № 279, 215 кратковременно обнаруживали цель (1-2 сек.), что не дало возможность взять ее на точное сопровождение и произвести ее обстрел. По мере приближения ВЦ к 4 ЗРДН (н.п. Елань) выдано ЦУ на 4 ЗРДН и БМ «Панцирь-С» № 2009 (н.п. Елань), при этом данная цель обнаружена не была. Далее, выдано ЦУ на 3 ЗРДН (Каменск-Шахтинский) и 2 ЗРДН (Каменск-Шахтинский). 2 ЗРДН и 3 ЗРДН сопровождали ВЦ до момента зависания ее в одной точке относительно 2 ЗРДН (Каменск-Шахтинский) (Аз-2700, Д-18 км, Н-900 м, V-O ѵ/с). По данной ВЦ также выдано ЦУ БМ «Панцирь-С»№ 2127, 290 (Каменск-Шахтинский) ВЦ не обнаружена. На момент нанесения удара по аэр. Ахтубинск, боевые машины «Панцирь-С», обеспечивающие прикрытие аэродрома были неисправны».

Однако, несмотря на своевременное уведомление военнослужащими начальства о неисправности боевых машин и необходимости проведения капитального ремонта, руководство отдало приказ о возвращении неисправных боевых машин на позиции для дальнейшей эксплуатации в деле отражения ударов БПЛА. На что военнослужащим был дан ответ, что машина сможет относительно нормально работать в течение лишь 30 минут, а в целом не более 3 часов, поскольку сильно перегревается. Но руководство не приняло мер для устранения недостатков, заведомо зная, к каким тяжелым последствиям может привести эксплуатация неисправных боевых машин. В итоге данная преступная халатность привела к повреждению сначала истребителя, а затем к сбитию пассажирского авиалайнера AZAL.

Несмотря на очевидные факты халатности в вопросах боевой готовности и управления средствами обнаружения воздушных целей ЗРПК «Панцирь-С», уголовное дело так и не было возбуждено. Формулировка отказа выглядела как издевательство: отсутствие умысла или «неосторожная форма вины» со стороны расчетов. Служебное расследование прекратили, прикрывшись удобной версией – мол, поражение беспилотников оказалось невозможным из-за их конструктивных особенностей и траектории полета.

По сути, ответственность с Толопило и его офицеров была снята, а инцидент замяли. В результате вместо дисциплинарных выводов генерал получил новую должность, что только укрепило ощущение безнаказанности в высших эшелонах российского военного командования.