Самый лучший путь после войны всегда - это налаживание отношений. Media.Az побеседовала с Михаилом Гусманом

Первый заместитель Генерального директора российского информационного агентства ТАСС Михаил Гусман в настоящее время находится в Азербайджане. Как признался наш известный земляк, на Родину он приезжает, чтобы зарядиться свежей энергией и вдохнуть глоток родного воздуха.

Media.Az побеседовала с Михаилом Гусманом о годах его юности, проведенных в Баку, 44-дневной Отечественной войне, а также интервью с Президентом, Верховным главнокомандующем Вооруженными силами АР Ильхамом Алиевым в период военных действий в Карабахе.

- Михаил Соломонович, с приездом на Родину!

- Спасибо, для приезда на Родину, как говорится, повод не нужен. Все эти годы, приезжая в Баку, я в первую очередь посещаю могилу родителей. Вот и сейчас приехал к вам сразу после посещения кладбища.

Для меня Баку – это особенный город… Город, в котором я родился, город, где покоятся мои родители. Баку – это не просто любимый город, а по понятным причинам святое место для меня. Так что я пользуюсь любой, официальной, либо неофициальной возможностью, чтобы приехать сюда.

До пандемии полетов между Москвой и Баку было намного больше, бывало, выходя в пятницу с работы, у меня появлялось ностальгическое настроение, тогда я покупал билет на ближайший рейс и вылетал на Родину. Выходные проводил Баку, а в понедельник уже вновь был на работе в Москве. Таким образом я подзаряжал свои энергетические, человеческие батареи (улыбается).

- Уверена, что в Баку у вас есть любимые места…

- Конечно… Мой любимый дом расположен в поселке Шувелян, очень люблю проводить там время с супругой. Поделюсь с вами небольшой, трогательной историей: лет 20 назад, когда наш дом только строился, на стройплощадке появился пес, в общем мы прикипели друг к другу. Его назвали Рекс. Кстати, до этого я никогда не держал собак. Каждый раз, когда я приезжал в Баку, он меня встречал у ворот. К сожалению, мой друг несколько лет назад ушел из жизни… Но зато теперь у меня есть кот – очень серьезный товарищ, зовут его Юстин. Но в отличие от Рекса, он уверен, что мы все его должны обслуживать. И когда я появляюсь дома, он снисходительно разрешает мне себя погладить (улыбается).

Но на самом деле каждый приезд в Баку – это, конечно же, желание вдохнуть родной воздух. Помню, когда мы выезжали на поезде в Москву, отец всегда говорил, что бакинский воздух, бакинский дух можно ощутить вплоть до поселка Баладжары. Вдыхать бакинский воздух – это, без всякого преувеличения, особое ощущение и особая радость.

В свое время у нас с товарищами были традиционные места прогулок по центру Баку. Мы шли от кинотеатра Vətən через Площадь фонтанов, мимо кинотеатра «Азербайджан» вдоль Бакинского бульвара, музейного центра… И в это время, как правило, нам встречались десятки знакомых. Когда из Москвы приезжали гости, они удивлялись тому, как прогуливаясь можно встретить стольких знакомых. Действительно, чуть ли каждую минуту приходилось останавливаться, чтобы с кем-то поздороваться. А рядом с кукольным театром была известная чайхана, которая называлась «Марокко». Кстати, до сих пор не знаю, откуда такое название (смеется). По вечерам мы собирались там, пили чай с лимоном из стаканов «армуды», заедая колотым сахаром. Туда частенько заходили такие люди, как Магсуд Ибрагимбеков, Вагиф Самедоглу, Анар… Личности, которые были для нас, тогдашних пацанов, недосягаемыми вершинами.

- …Михаил Соломонович, во время Отечественной войны…

- … Во время 44-дневной войны я был в Баку. Перед самым закрытием границ между Азербайджаном и Россией в связи с COVID-19, я вместе с супругой приехал в Баку. Мы хотели переждать здесь пандемию. Тогда я и подумать не мог, что она затянется, и совершенно не ожидал войны. Так получилось, что я пробыл в Баку более 10 месяцев.

- Помните утро 27 сентября?

- Конечно! Повторюсь, никто из нас не ожидал и не думал, что это начало масштабной войны. Поскольку, как вы знаете, разного рода инциденты возникали на протяжении многих лет. Но уже в начале октября стало ясно, что начались полноценные военные действия. Помню, меня пригласили на интервью, которое должно было состояться в Тертере, и над нами летали снаряды, был слышен грохот.

- Вам не было страшно?

- Признаться, нет. Знаете, люди моего поколения по-другому воспринимают этот, уже бывший, конфликт… Ведь мне довелось пережить, так сказать, обе войны. Я довольно часто бывал в Карабахе и ранее.

- В каком качестве?

- Я работал в ЦК комсомола Азербайджана, и в мои обязанности входило кураторство комсомольской организации, расположенной в Ханкенди (тогдашнем Степанакерте).

- В какие конкретно годы?

- В середине 1970-начале 1980 годов. По долгу службы мне приходилось ездить в Карабах чуть ли не каждый месяц. Я очень хорошо знаю этот удивительный край Азербайджана, всегда говорил и говорю, что заявления сепаратистов о том, что армяне и азербайджанцы в принципе не могут сосуществовать вместе - абсолютная неправда. В те годы все жили в мире и дружбе, как в Карабахе, так и во всех остальных городах и селах Азербайджанской ССР.

Когда в конце 1986 года я переехал в Москву, конфликт еще не начался. Все произошло чуть позже. Действия армянских сепаратистов тогда были совершенно очевидно направлены на развал Советского Союза. Это был своего рода бикфордов шнур, который подожгли в Карабахе, и он поспособствовал будущему развалу СССР, который президент России Владимир Путин назвал величайшей катастрофой XX века, с чем я совершенно согласен.

- Вы сказали, что часто ездили в Карабах. Поделитесь самым теплым вашим воспоминанием. Каким он вам запомнился?

- Вы знаете, отвечая на этот вопрос, я хотел бы вспомнить международный музыкальный фестиваль «Харыбюльбюль», который в мае прошел в Шуше. Находясь в культурной столице Азербайджана спустя столько лет, я так расчувствовался, что на глазах у меня появились слезы. Этот фестиваль когда-то был ежегодным, традиционным. Ведь на него собирались лучшие артисты из всего тогдашнего бескрайнего Союза. Мы ж в известном смысле жили тогда единой семьей. Скажу больше, как в той песне - «Мой адрес не дом и не улица, мой адрес Советский союз». Я в прямом смысле этого слова – советский человек.

В Азербайджанской ССР в любви, мире и дружбе жили представители десяток национальностей. И это не преувеличение. Карабах как часть Азербайджана – моя родная земля. И когда по вине политических преступников она стала разрушаться и расползаться под ногами… Конечно, я не могу это вспоминать без горечи.

Поэтому, говоря о самом теплом воспоминании, могу вам сказать, что в Карабахе всегда была дружелюбная атмосфера.Там жило множество моих друзей - азербайджанцев, армян, русских, евреев, талышей…

Приезжая туда по работе, я по идее должен был оставаться в гостинице. Но разве друзья этого допустили бы? Я ночевал то у одного товарища, то у другого, то у третьего, чтобы никого не обидеть. Это невозможно забыть, эту память невозможно стереть, иначе я просто предам себя. Поэтому я уверен, что, несмотря на все обиды, мирное сосуществование все-таки возможно. Самый лучший путь после войны всегда - это налаживание отношений

- Но сейчас именно армянская сторона затягивает подписание мирного договора по Карабаху, не выполняет обязательств по пунктам трехстороннего документа, подписанного президентами Азербайджана и России, а также премьер-министром Армении. В такой ситуации скорейшего мирного сосуществования двух народов в ближайшем будущем не предвидится…

- Азербайджанцы справедливо посчитали себя преданными сепаратистами. Но я убежден, что, возможно, уже не при моем, а вашем поколении, постепенно взаимодействие между сторонами сначала на профессиональном, рабочем уровне, а потом и на личном, восстановится.

- Но на это могут уйти десятки лет…

- Десятки или десяток - трудно загадывать. В силу профессиональных обязанностей я читаю не только ленту информационного агентства ТАСС, российскую прессу, но еще и американские, английские, украинские, азербайджанские и армянские СМИ. Других стран. Причем ежедневно. Я веду к тому, что, конечно, сегодня в армянском обществе очень большое брожение умов. И это понятно.

- Вы имеете ввиду реваншизм…

- Да, встречаются люди с оголтелыми реваншистскими настроениями. Но есть, к счастью, и трезвые умы. Я уповаю на них, патриотов со стратегическим мышлением. Они должны понять, что самый лучший путь для Армении - налаживание отношений с Азербайджаном. Так шаг за шагом, на уровне человеческих контактов можно будет настроиться на правильный путь.

- Тогда у меня встречный вопрос: как вы считаете, удастся ли все-таки сторонам в ближайшее время подписать мирное соглашение?

- Лучшие дипломаты Азербайджана, России и Армении заняты тем, чтобы найти ответ на этот вопрос. Кроме того, этим озабочены политики стран Европы, США… Как говорят, у победы много отцов, поражение всегда сирота. Сегодня как раз много желающих оказаться рядом с Азербайджаном. Не будем им отказывать в этом желании (улыбается).

Но одно несомненно - процесс урегулирования ситуации на границе проходит при активном участии России. В своем заявлении президент Владимир Путин сказал, что административно-политические карты бывшего СССР с указанием границ между союзными республиками находятся в настоящее время в Генштабе российской армии. Как я понимаю, Азербайджан и Армения приняли предложение российского президента как основу для начала процесса демаркации и делимитации границы. Если это произойдет, постучу по дереву, чтобы не сглазить, это уже будет большой шаг. От него до мирного договора не такой далекий путь.

- Кстати, кроме города Шуша, вы смогли побывать на других освобожденных территориях?

- Пока что проезжал лишь мимо, по дороге в Шушу. В любом случае я надеюсь, что скоро будет возможность поехать туда.

- Да, там пока, к сожалению, небезопасно, поскольку часть территорий все еще заминированы...

- Что касается заминированных территорий, я считаю, что чем скорее армянская сторона предоставит карты минных полей, тем быстрее улучшится ее репутация на мировой арене.

Не предоставлять карты минных полей в наше время, когда гибнут люди, контрпродуктивно. Ну, допустим, не отдадут они их. Ну, потратит Азербайджан чуть больше времени на очистку и восстановление освобожденных территорий, но для армянской стороны все равно ничего не изменится. Это, наоборот, затянет процесс пословоенного урегулирования, не будет способствовать развитию добрососедских отношений. Все равно Азербайджан и Армения соседи на века. Они не могут быть вечными врагами, да и не должны.

- В заключении хотела бы вспомнить интервью Ильхама Алиева, которое он дал ТАСС во время войны. Его проводила ваша коллега, но насколько я знаю, вы там присутствовали.

- Да, и как интервью, так и настрой Президента произвели на меня очень сильное впечатление. В нем чувствовалось большая внутренняя уверенность и убежденность в будущей Победе. Президент Алиев и в информационной войне был Верховным главнокомандующим. Перед этим можно лишь снять шляпу.

Он дал серию интервью СМИ разных стран - от Японии до Турции, от России до Британии. Они отличались высокой точностью мыслей, убедительной аргументацией, глубочайшим знанием предмета и, главное, блистательным пониманием аудитории, которое представляло конкретное СМИ…

Жанр интервью, как бы нескромно это не звучало, мне хорошо знаком, я провел более четырех сотен бесед с главами государств и правительств. И поэтому я вправе сказать, это было блистательно!

Джамиля Алекперова

Фото: Рамиль Зейналов