Самое сложное – это потеря друзей. Интервью с ветераном, который сражался на Физулинском направлении

На протяжении трех десятилетий правительство Азербайджана неустанно стремилось к мирному урегулированию конфликта в Карабахе. Главной целью было освобождение оккупированных земель без кровопролития и восстановление территориальной целостности страны.

Однако руководство Армении раз за разом отвергало мирные инициативы, предпочитая путь эскалации конфликта. Неоднократные нарушения режима прекращения огня на линии соприкосновения и провокации против мирного населения и Вооруженных сил Азербайджана привели к неизбежному – началу 44-дневной Отечественной войны.

Эта война, завершившаяся триумфальной победой Азербайджана, стала поворотным моментом в истории региона. Сегодня у нас есть уникальная возможность услышать правдивые истории о тех событиях из первых уст – от ветеранов, которые прошли через страшные испытания, преодолели огонь и смерть.

Один из таких героев – Кянан Кязимов – рассказал Media.Az о пережитом на фронте, друзьях и жизни после войны.

- Была ли у вас уже военная подготовка до того, как вы отправились на фронт?

- Да, я проходил срочную службу с 2017 по 2019 год. На войну меня в числе других ребят забрали уже через год – 21 сентября.

- Чем занимались до Отечественной войны?

- Я много лет был спортивным фотографом, в частности, работал в Нахчыванском футбольном клубе. Параллельно заочно учился на втором курсе в Московском финансово-юридическом университете (МФЮА).

- В каких частях вам довелось сражаться в ходе войны?

- В Физули и Джебраиле. В конце сентября мы должны были пробраться в Физулинский район и захватить вражеский бункер. Нам нужно было перекрыть дорогу армянским войскам, чтобы отрезать их от поставок оружия и продовольствия. Это было наше первое боевое задание.

- Вы были ранены.

- Это случилось 21 октября. На фронте я был вместе со своим лучшим другом, которого могу назвать даже братом, – Дмитрием Солнцевым. Он был очень близким для меня человеком, и сражались мы плечом к плечу.

В тот день с самого утра шел дождь. За долгое время нам удалось с ребятами попить чай. Мы сидели втроем: я, Дима и Имран. Потом мы с Имраном отошли и в какой-то момент поняли, что начался массированный обстрел. Самое ужасное, что мы не могли понять, откуда ведется обстрел. Нужно было решить, где укрыться. Кроме того, была угроза, что противник может попытаться нас окружить.

Мы с Имраном решили поменять позиции. Обернувшись, я увидел, что Дима остался с другой стороны. Я стал подзывать его к нам, и в этот момент рядом со мной упала ракета. К счастью, ее осколки меня не задели. Я подбежал к другу и в этот момент в стену рядом с нами попала ракета. Так я получил осколочное ранение.

- Помните, что было потом?

- У меня потемнело в глазах, я был словно оглушен. Не знаю, как долго длилось это состояние, мне казалось – вечность. Когда наконец открыл глаза, то увидел лежащего рядом друга. Я не сразу понял, что от ранения у меня случился микроинсульт: парализовало правую сторону.

Каким-то образом мне все же удалось выбраться к остальным ребятам. Там я нашел своего товарища Али, который помог мне. Друг был в ужасе от моего вида и состояния. Он помог мне спуститься в окоп и перевязал рану на голове.

Вскоре меня эвакуировали до пункта скорой помощи – пришлось идти до него километра четыре. Было очень тяжело, в какой-то момент мне показалось, что я просто не дойду с этим осколком в голове. Но я выбрался, и врачи быстро помогли мне. Я очень благодарен им: они спасли меня, оперативно проведя операцию. Потом меня уже перевезли в Баку.

Но знаете, все те моменты, когда в нас стреляли или пускали ракеты, – меня совершенно не пугали. Самым тяжелым для меня оказалась потеря лучшего друга. Я очень долго переживал гибель Димы. Говорят, что мужчины не плачут, но когда я раненый лежал в окопе, то горько рыдал как ребенок. Мне было очень больно… Поэтому я считаю, что на войне самое сложное – это потеря друзей.

- Тяжелые боевые будни...

- Да, но мы словно чувствовали, что Всевышний оберегает нас. Например, мы сидели, как вдруг Дима поднялся и сказал, что пора идти. Стоило нам встать и отойти, как в то место, где мы только что находились, упала ракета.

Однако самый запоминающийся случай на войне произошел, когда после боевой операции мы выходили из окопа и нас начали обстреливать снайперы. Нам пришлось лечь на живот и в таком положении ползти. На другой стороне окопа я заметил одного из лейтенантов. В какой-то момент враги начали обстреливать его. Я быстро среагировал, схватил его и потащил на себя. В этот момент почувствовал, что пуля попала в специальную сумку на бронежилете, где у меня лежали патроны. Она могла попасть мне в спину, но и в тот день Всевышний уберег меня. Если бы вражеская пуля не застряла в патронах, скорее всего, я бы погиб. До сих пор не пойму, как так случилось, что мои патроны не взорвались. После этого я взял один из них и повесил себе на шею как талисман. Правда потом в госпитале перед операцией с меня сняли эту цепочку с патроном. Так она затерялась.

- Вы помните день, когда узнали о победе?

- Я лежал в Республиканской нейрохирургической больнице. Тогда я уже немного начал приходить в себя. Прежде, когда мне что-то говорили, я не понимал и все время улыбался. Врачи задавали мне вопросы, а я не мог ответить. Это очень злило меня. К сожалению, таковы последствия ранений в голову…

Ночью, когда была объявлена победа, я спал. Меня разбудили товарищи и объявили о том, что все закончилось, и мы победили. Я не мог в это поверить и даже позвонил отцу, чтобы убедиться (улыбается). В тот момент, когда я после ранения был в таком состоянии, никто не мог понять мою речь, кроме папы. Когда я позвонил ему, он сразу сказал, что мы победили (улыбается).

К сожалению, отец скончался спустя год – в 2021-м. Он долгое время боролся с онкологией, и однажды его сердце просто не выдержало. После войны мне вручили медаль за участие в Отечественной войне.

- Полагаю, вам было сложно вернуться к прежнему образу жизни, тем более после такого серьезного ранения…

- Да, вначале меня мучили кошмарные сны. Наверное, только через полтора года я смог немного прийти в себя.

В результате ранения у меня серьезно ухудшилось зрение. Я благодарен Президенту Азербайджана Ильхаму Алиеву за учреждение Фонда YAŞAT, который направил меня на лечение в Турцию. После операции, лечения и реабилитации я наконец пришел в себя.

К сожалению, я так и не смог до сих пор найти работу. Как я отмечал выше, меня призвали со второго курса МФЮА. Позже я уже не смог вернуться в вуз.

Сейчас мне 28 лет, и в этом году я поступил в Российский государственный университет туризма и сервиса на факультет «Сервис жилой и коммерческой недвижимости». На данный момент учусь и занимаюсь поисками работы. Иногда встречаюсь с друзьями, чтобы поиграть в теннис, футбол или настольные игры.

Также я стараюсь поддерживать связь с сослуживцами. Мы собираемся каждое 21 сентября. На этих встречах всегда вспоминаем те славные дни, а также делимся новостями из жизни.

- Как считаете, вы сильно изменились после войны?

- Мне кажется, война меня совсем не изменила, словно ее и не было в моей жизни. По крайней мере я стараюсь себе это внушить. Возможно, со стороны кажется, по-другому, но я так чувствую...

Зулейха Исмайлова