Иран играет вдолгую, а США импровизируют: Ирина Цукерман о новой эскалации на Ближнем Востоке

Перемирие между США и Ираном, которое еще недавно рассматривалось как шанс снизить напряженность на Ближнем Востоке, оказалось недолговечным. После нескольких недель относительного затишья стороны вновь обменялись ударами и жесткими заявлениями, поставив под угрозу не только перспективы дальнейшего диалога, но и безопасность одного из важнейших морских маршрутов мира – Ормузского пролива.

Менее месяца назад, 18 июня, Вашингтон и Тегеран подписали меморандум о взаимопонимании, предусматривавший двухмесячное прекращение огня и начало переговоров о более широком соглашении. Однако уже в начале июля перемирие фактически было сорвано. По данным американских СМИ, в ночь на 7 июля силы Корпуса стражей исламской революции (КСИР) нанесли удары по судам в районе Ормузского пролива. В ответ Центральное командование США (CENTCOM) сообщило о серии ударов по военным объектам Ирана, связанным с обеспечением угроз судоходству.

На этом фоне американский президент Дональд Трамп заявил, что представители Ирана связывались с ним и предлагали заключить новую сделку. Об этом, как передает CNN, хозяин Белого дома сообщил журналистам перед вылетом с саммита НАТО в Анкаре. «Они звонили некоторое время назад, они очень хотят заключить сделку. Я просто не знаю, достойны ли они этой сделки», – сказал Трамп. При этом 8 июля президент США заявил, что больше не намерен вести дела с Тегераном, а после новых ударов назвал американскую операцию «возмездием» за атаку на суда в Ормузском проливе.

В Иране, в свою очередь, пригрозили ударами по американским базам на Ближнем Востоке и предупредили о возможности перекрытия Ормузского пролива в случае дальнейшей эскалации. «Все базы, которые стали источником сегодняшней агрессии против южных районов страны либо оказывали ей поддержку, без каких-либо исключений окажутся под массированным ракетным и беспилотным ударом вооруженных сил Исламской Республики Иран», – приводит агентство NourNews слова представителя военных кругов.

Как долго может продлиться новый виток противостояния? Есть ли у США реальные возможности добиться стратегической победы над Ираном? И к каким последствиям для всего региона способна привести нынешняя эскалация?

Своим мнением об этом в беседе с Media.Az поделилась американский эксперт в области геополитики и безопасности, главный редактор издания The Washington Outsider Ирина Цукерман.

По ее словам, фактический крах перемирия между США и Ираном был обусловлен не только инцидентом в Ормузском проливе. Причина заключается в том, что достигнутые договоренности с самого начала не имели прочного фундамента.

«Меморандум о взаимопонимании создал временную паузу, дав обеим сторонам возможность заявить о дипломатическом процессе и снизив давление на несколько недель, но он не решил ни одной главной проблемы: иранской ракетной программы, угроз судоходству, роли КСИР, прокси-сетей, ядерного шантажа, готовности Вашингтона к долгой кампании и отсутствия доверия к любым обещаниям Тегерана. Именно поэтому нынешнее возобновление боевых действий выглядит не как неожиданное нарушение договоренностей, а как возвращение к реальности, которую лишь временно прикрыли дипломатическими формулировками», – отметила эксперт.

Она убеждена, что именно этим объясняется и осторожное отношение к заявлениям о возможном возобновлении переговоров.

«Если представители исламской республики действительно звонили Трампу и предлагали сделку, это не стоит воспринимать как признак честного желания остановить конфликт. Тегеран много раз использовал переговоры как способ выиграть время, разделить противников, снизить темп ударов, восстановить военные возможности и получить политическую передышку. Более того, даже если дипломатические представители этой страны дают определенные обещания, КСИР может действовать по собственной силовой логике, особенно когда речь идет об Ормузском проливе, ракетах, дронах и морском давлении. Поэтому сделка с Ираном не имеет серьезной цены, если она не включает реальные механизмы проверки, военного сдерживания и наказания за нарушения», – подчеркнула И.Цукерман.

При этом, как отмечает собеседница, вопросы вызывает и нынешняя линия Вашингтона.

«Дональд Трамп тоже действует крайне непоследовательно. За несколько дней он успел сказать, что Иран хочет договориться, затем заявил, что больше не хочет иметь с ним дела, потом назвал новые удары возмездием и снова оставил пространство для сделки. Такая линия поведения может выглядеть как демонстрация жесткости, однако на практике она создает ощущение импровизации. Союзники не понимают, идет ли Вашингтон к ограниченной кампании по защите судоходства, к принуждению Ирана к переговорам, к разрушению определенных военных возможностей или к более широкой войне против КСИР. Без ясной цели даже успешные удары превращаются в серию реакций на иранские провокации», – убеждена она.

По мнению эксперта, именно отсутствие долгосрочной стратегии во многом будет определять дальнейшее развитие событий.

«Возобновившаяся война может продлиться от нескольких недель до нескольких месяцев в активной фазе, а затем перейти в более растянутую форму ударов, угроз, морских инцидентов, атак дронов, ракетных обстрелов и переговорных маневров. Ирану не нужно побеждать США в прямом военном смысле. Ему достаточно сделать американское присутствие дорогим, нервным и политически токсичным. Тегеран будет пытаться бить по слабым местам: судам, страхованию перевозок, энергетическим рынкам, базам США, союзникам в Персидском заливе, внутренней американской усталости от войн и страху администрации Белого дома перед крупной региональной эскалацией», – добавила И.Цукерман.

При этом, как подчеркивает эксперт, Соединенные Штаты обладают всеми возможностями, чтобы нанести Тегерану серьезный военный ущерб.

«Американские силы могут уничтожать береговые радары, позиции противокорабельных ракет, объекты ПВО, склады дронов, пусковые установки, командные пункты, инфраструктуру КСИР и элементы военно-морского давления на южном побережье Ирана. В этом смысле Вашингтон способен жестко наказать Тегеран за угрозы судоходству. Проблема начинается там, где военный успех путают с политической победой. Разбить несколько десятков целей можно. Заставить иранский режим отказаться от привычной модели агрессии – гораздо труднее.

Полная победа над исламской республикой в нынешних условиях выглядит маловероятной. Для нее США пришлось бы не просто нанести серию ударов, а системно лишить режим способности восстанавливать военные возможности, координировать прокси, шантажировать Ормузским проливом, развивать ракетные и ядерные программы, использовать Ирак, Сирию, Ливан, Йемен и серые финансовые сети как глубину обороны. Это потребовало бы длительной стратегии, региональной дисциплины, промышленной готовности, политической устойчивости, жесткой санкционной архитектуры, информационного давления и реального понимания того, как устроена власть КСИР. Сейчас этого не видно», – сказала специалист.

Она также обращает внимание на еще одну серьезную проблему – способность США одновременно поддерживать несколько стратегически важных направлений.

«Вашингтон может нанести сильный удар, затем объявить, что Иран наказан, потом снова ждать звонка о сделке, параллельно отвечая на новую провокацию. Такой подход дает Тегерану пространство для маневра. Иран может бить малыми дозами, проверять американские пределы, поднимать ставки, обращаться к посредникам, обещать деэскалацию, затем снова возвращаться к давлению. Режим хорошо понимает, что у американской политики часто терпение иссякает быстрее, чем иранская система теряет способность терпеть боль.

Причем речь идет не только о политической, но и о военной цене такого конфликта. США расходуют дорогие боеприпасы, перехватчики, средства ПВО, разведывательные ресурсы, силы флота и авиации. В случае долгой кампании начнутся вопросы о запасах, темпах производства, защите баз, уязвимости объектов в Бахрейне, Кувейте, Катаре, ОАЭ и Ираке, а также о способности одновременно поддерживать другие направления. Иран может заставить США тратить больше, чем администрация рассчитывала, и воевать дольше, чем обещала», – подчеркнула И.Цукерман.

Кроме стратегических трудностей, продолжает эксперт, США неизбежно столкнутся и с внутренними ограничениями.

«Внутриполитические ограничения для Трампа тоже реальны. Резкий рост цен на нефть, гибель американских военнослужащих, удар по крупной базе, потопленный танкер или длительная кампания без ясного результата быстро изменят настроение в Вашингтоне. Конгресс начнет требовать объяснений. Часть общества увидит в этом возвращение к ближневосточным войнам. Даже среди сторонников нынешнего американского президента появится раздражение, если операция начнет выглядеть как дорогая и бесконечная ловушка. Иран именно на это и рассчитывает: не на военную победу, а на американскую усталость», – убеждена эксперт.

По словам И.Цукерман, наиболее вероятным сценарием остается не решающая победа одной из сторон, а продолжительное противостояние с периодическими всплесками эскалации.

«Более вероятна ограниченная война с опасностью расширения: США будут бить по объектам, связанным с угрозой судоходству и ракетно-дроновой инфраструктурой, Иран будет отвечать прямыми и непрямыми ударами, затем обе стороны снова начнут искать канал для снижения градуса напряженности. Такой конфликт может несколько раз входить в острые фазы и выходить из них, оставляя регион в постоянном напряжении.

Между тем угрозы Ирана закрыть Ормузский пролив следует воспринимать серьезно, хотя полная блокада была бы опасной и для самого Тегерана. Однако для достижения своих целей ему достаточно сделать судоходство небезопасным с помощью атак на отдельные суда, минирования, беспилотников, ракетных ударов, информационных операций и давления на страховые компании. Такой сценарий способен нанести мировой экономике значительный ущерб, сохраняя при этом возможность отрицать полную ответственность», – добавила И.Цукерман.

Подводя итог, эксперт подчеркнула, что дальнейшее развитие конфликта будет зависеть прежде всего от способности Вашингтона сформулировать четкую стратегическую цель.

«Если США хотят добиться чего-то большего, им придется определить конечную цель. Защита свободы судоходства требует одной стратегии, разрушение иранских возможностей угрожать Ормузу – другой, а принуждение Ирана к надежной сделке – третьей. Для подрыва власти КСИР необходим гораздо более масштабный подход. Сейчас же американская политика выглядит так, будто она пытается получить все сразу: наказать Иран, принудить его к сделке, избежать большой войны и не объяснять обществу ее политическую цену. С исламской республикой такая схема обычно заканчивается не победой, а очередным циклом эскалации.

Главный вывод довольно жесткий: война может продолжаться столько, сколько обе стороны смогут выдерживать ее политическую цену. Иран готов терпеть военные потери, если они помогают ему сохранить образ сопротивления. США готовы наносить удары, пока они выглядят ограниченными, успешными и не слишком дорогими. Полная победа Штатов возможна только при наличии стратегии, которой сейчас не видно. Без нее Вашингтон может выиграть множество отдельных сражений, уничтожить важные объекты и временно ослабить иранские возможности, при этом оставить саму проблему почти нетронутой, – заключила И.Цукерман.

Мехти Мамедов