Мугам в центре Европы: как Гюнай Мирзоева пропагандирует азербайджанскую культуру за рубежом

Музыка для Гюнай Мирзоевой – это не профессия, а жизненный путь, вплетенный в наследие ее семьи. Внучка народного артиста Азербайджана Мусы Мирзоева и дочь известного азербайджанского композитора Ильяса Мирзоева, она с детства мечтала пойти по их стопам. Сегодня ее произведения звучат на сценах Европы, а в немецком Штутгарте она создала Азербайджанский культурный центр, где дети и взрослые открывают для себя богатство национальной музыки и культуры.

В интервью Media.Az Гюнай ханум рассказывает о своем жизненном пути в музыке, о влиянии семейного наследия, переезде в Германию и Италии, трудностях адаптации, зарубежных проектах с мугамом, создании Азербайджанского культурного центра в Штутгарте и планах по популяризации национальной музыки и культуры за рубежом.

– Вы выросли в семье, представители которой хороши известны музыкальной общественности. Наверное, этим объясняется ваше стремление достичь чего-то в данной сфере?

– Честно говоря, несмотря на то что я родилась в семье отца-композитора и мамы-дирижера, никто даже не предполагал, что я пойду по их стопам. Да, мы с братом, как и многие дети, занимались музыкой, но эта мечта была исключительно моей. Еще в возрасте 6-7 лет я всем говорила, что буду композитором (улыбается).

Как и многие талантливые дети, я училась в музыкальной школе имени Бюль-Бюля, а спустя несколько лет перешла в 21-ю школу имени Ростроповичей. Затем неожиданно полностью оставила музыку. И лишь спустя несколько лет снова к ней вернулась, уже с твердым намерением стать музыкантом.

– А что повлияло на ваше окончательное решение?

– На меня сильно повлиял переезд отца в Турцию. Стамбул меня буквально воодушевил, дал мощный импульс и ощущение вдохновения. Именно там я окончательно решила, что стану композитором (улыбается).

Вернувшись в Баку, я поступила в музыкальное училище имени Асафа Зейналлы. К тому моменту мне фактически нужно было начать с нуля: многое из школьной программы ушло из моей памяти. Но за короткое время мне удалось всё наверстать, и я начала заниматься музыкой уже всерьез.

Позже, уже во время учебы в училище, мы с мамой решили обратиться к композитору Хайяму Мирзазаде. Дело в том, что я написала несколько небольших произведений и нам было важно понять, могу ли я профессионально заниматься композицией. В результате Х.Мирзазаде одобрил мои первые опыты, и с этого момента я начала регулярно посещать его занятия в Бакинской музыкальной академии.

И, конечно, особое место в моем становлении занимал дедушка (улыбается). Мы много занимались вместе: он рассказывал мне о мировой музыке, о своих встречах с известными личностями, о дружбе с композитором Дмитрием Шостаковичем. Это был уникальный опыт, то, чему не научит ни один педагог.

– Почему вы приняли решение переехать в Германию? Насколько мне известно, изначально вы отправились в эту страну, чтобы продолжить образование.

– Я всегда мечтала уехать учиться за границу. Честно говоря, сначала больше думала об Италии. Потом начала учить немецкий язык и всерьез загорелась идеей поступления. И хотя сначала рассматривала Австрию, но в итоге остановилась на Германии. В тот период действовала президентская программа стипендий для молодежи, обучающейся за рубежом (2007-2015 годы). Я участвовала в конкурсе и выиграла его, получив возможность учиться в ФРГ.

Хочу поблагодарить наше государство и Президента Ильхама Алиева за поддержку азербайджанцев по всему миру, а также выразить особую признательность вице-президенту Мехрибан Алиевой за активное продвижение нашей культуры на международной арене.

Нужно отметить, что стипендия предоставлялась при одном важном условии: необходимо было успешно сдать вступительные экзамены и в немецкой консерватории. Экзамены были серьезными: исполнение на фортепиано, анализ музыкальных произведений и представление собственных сочинений на композиторский факультет магистратуры. В случае неудачи я бы потеряла право на стипендию. Поэтому это был одновременно шанс и серьезное испытание. К счастью, я прошла все экзамены успешно и поступила в Штутгартскую высшую школу музыки и театра.

– Итальянское музыкальное образование вы тоже всё же получили…

– В период окончания магистратуры я познакомилась со своим будущим супругом – итальянским композитором Франческо Маджо, и мы приняли решение переехать на его родину. Затем я поступила в Римскую консерваторию Санта-Чечилия на факультет композиции. Параллельно подала документы еще в одну консерваторию, в городе Карлсруэ, недалеко от Штутгарта. Это была высшая, заключительная ступень композиторского образования в Германии, куда обычно принимают всего одного студента в год.

Я прошла конкурс и получила это единственное место, попав в класс выдающегося композитора, профессора Вольфганга Рима. В тот период я одновременно обучалась сразу в двух консерваториях. Этот этап стал для меня принципиально важным – и для моей жизни, и для моего дальнейшего творческого пути.

– С какими трудностями вам пришлось столкнуться, когда вы только переехали в другую страну, с совершенно иной культурой, без родных и друзей?

– Это был тяжелый период в моей жизни, прежде всего из-за резкого контраста. Хотя я часто бывала в Турции и уже привыкла жить вдали от дома, но Германия оказалась совсем другим опытом. В первую очередь – из-за языка. У меня есть способности, но немецкий оказался по-настоящему сложный. Когда я только приехала, у меня почти не было опыта живого общения, и это стало серьезным испытанием. Я посещала языковые курсы, но первые два года были особенно тяжелыми.

При этом мне очень повезло с профессорами. Они были добрыми, внимательными и действительно поддерживали меня. Среди них особо могу выделить Марко Строппа и Йоханнеса Вальтера, у которых я изучала композицию и оркестровку.

Несмотря на трудности, я наладила контакты с другими студентами, и шаг за шагом прошла этот этап. Мне было важно пережить этот контраст между культурами, менталитетами, ритмами жизни. В Италии, например, все складывалось иначе: местные жители гораздо ближе к нам по характеру и восприятию мира.

– А что вам больше всего понравилось в Германии и к чему так и не смогли привыкнуть?

– Германия в целом имеет свои особенности. Например, я люблю Берлин, но это более хаотичный город: здесь много туристов, шум и ритм быстрее. Штутгарт же более спокойный и стабильный, что позволяет сосредоточиться и погрузиться в творчество. Именно поэтому мне здесь комфортно, особенно после жизни в Риме, куда мы с супругом переехали на некоторое время. Возвращение в Штутгарт дало возможность жить более спокойно и продуктивно.

Кроме того, здесь, в земле Баден-Вюртемберг, проживает много азербайджанцев, профессионалов в разных сферах: музыкантов, врачей, инженеров. Это создает ощущение сообщества и поддержки, особенно когда близкие семьи находятся далеко (улыбается).

Как я отмечала выше, этот опыт сильно повлиял на мое творчество. Наверное, мне было необходимо оказаться в одиночестве и в атмосфере резкого контраста. Именно в Германии я впервые остро почувствовала ностальгию по своей родине: чувство, которое сопровождает меня до сих пор. Именно это подтолкнуло меня к тому, чтобы начать использовать мугам в своих произведениях. Моим первым серьезным проектом стало произведение для кяманчи и ансамбля. Я приехала учиться в Германию в 2008 году, а уже в 2009-м этот проект был реализован.

– Кто, помимо вас, принял участие в этом проекте?

– В нем участвовала солистка одного из самых известных штутгартских вокальных ансамблей – Vokalsolisten Stuttgart – Аннелис ван дер Поль. Кстати, эта нидерландская певица исполнила партию на азербайджанском языке.

В ансамбле также играл мой профессор – виолончелист. При поддержке министерств культуры и молодежи и спорта Азербайджана в проекте приняла участие наша исполнительница на кяманче Мехрибан Асадуллаева.

Произведение было написано на основе мугама «Чаргях», и все импровизационные элементы были зафиксированы в нотах. Это редкий подход: кяманча обычно предполагает свободную импровизацию, но моей целью было именно нотное воплощение мугама, как полноценного академического материала.

Конечно, в процессе оставались моменты живой импровизации, что естественно для мугамной традиции, но в целом это был сложный и смелый эксперимент. В результате ансамбль и солистка смогли представить слушателям синтез национальных традиций и музыкальных культур.

Отмечу, что текст для произведения написал мой брат Рустам Мирзоев. Стихи представляли собой философское размышление о человеке, стоящем перед выбором между светом и тьмой, просветлением и утратой себя.

Позже в консерватории прошел мастер-класс, посвященный тексту этого произведения. Он был переведен на немецкий язык, а мы с братом и Мехрибан рассказывали о кяманче, о ее истории и звучании. В тот период даже возникали споры: некоторые утверждали, что это армянский инструмент. Именно тогда мы получили возможность на академическом уровне показать студентам, преподавателям и гостям консерватории истинное происхождение кяманчи.

– Как в Германии воспринимают азербайджанскую музыку и культуру?

– Немецкой публике азербайджанская музыка действительно очень понравилась. Они слушали с большим интересом, во многом потому, что подобная музыкальная традиция редко встречается в Европе. Особенно их привлекает сам процесс синтеза: взаимодействие народных инструментов с академическим ансамблем.

Немцы вообще очень открыты к новому и любят не только слушать, но и анализировать услышанное. Мой профессор брал мои партитуры (полная нотная запись многоголосного музыкального произведения для оркестра, хора или ансамбля) и вместе со студентами подробно разбирал их: почему был выбран мугам «Чаргях», как он устроен, как развивается музыкальная форма. Всё это вызывало живой интерес у учащихся.

– Как вы считаете, иностранке сложнее заниматься музыкальной карьерой в Германии или для вас это никогда не было препятствием? Расскажите, как складывалась ваша творческая жизнь в этой стране.

– Конечно, у каждого музыканта свой сложный путь. Нет ни одного человека, кому всё удается просто, и это касается людей искусства во всем мире. Мы живем в особой сфере, где многое зависит от контактов: кто исполнит твои произведения, с какими музыкантами получится сотрудничать, какие спонсоры поддержат проекты. Для нас это имеет первостепенное значение.

Честно говоря, моя карьера началась еще в студенческие годы. В Германии это сделать было проще, чем в Азербайджане: здесь центр Европы, много известных профессиональных музыкантов, с которыми можно работать. Уже тогда мои произведения исполняли в Берлинской филармонии, в концертных залах Берлина и Штутгарта – на одних из самых престижных площадках Германии. В целом здесь особенно ценят талантливых молодых композиторов, поэтому у меня с самого начала было много концертов и возможностей.

Позже родился мой сын Клаудио, и естественно, на какое-то время пришлось немного приостановить активную работу (улыбается). Тем не менее я продолжала писать. Мой муж, сам композитор и организатор культурных мероприятий, всегда поддерживал меня: он сотрудничает с итальянским посольством и культурными центрами в Германии, организует концерты с квартетами, трио и другими ансамблями. Благодаря этому мои произведения звучат на сценах в исполнении разных коллективов, и я могу считать себя счастливым человеком.

– Давайте поговорим о создании Азербайджанского культурного центра в Штутгарте. С чего все началось? Каких целей удалось достичь за время его существования?

– Я всегда мечтала о том, чтобы официально пропагандировать азербайджанскую музыку и культуру, делиться своими произведениями. Тем более что у меня есть сочинения не только для кяманчи, но и для балабана, уда. Однако моей мечтой было создать свой уголок, дом, где я могла бы заниматься этим постоянно. И, наконец, в 2015 году мне удалось воплотить ее, создав Культурный центр. Во многом эта мечта сбылась благодаря поддержке Государственного комитета по работе с диаспорой Азербайджана и его председателю Фуаду Мурадову.

А В 2024 году у нас прошла большая встреча с азербайджанцами, проживающими в Баден-Вюртемберге. Мы увидели, сколько людей нуждаются в месте, куда они могли бы приходить с детьми, чтобы не терять связь с родной культурой. Таким образом, в 2026-м открылся 32-й Дом Азербайджана в мире, и у нас впереди большие планы и много идей (улыбается).

В частности, мы уже начали проводить курсы азербайджанского языка, которые с удовольствием посещают дети. Помимо того, здесь проходят уроки музыки и теории – я как композитор уделяю большое внимание музыкальной грамотности. Наши маленькие посетители очень талантливые и активные – как в изучении языка, так и на музыкальных занятиях. Это только первая группа, но у нас уже много запросов на расширение.

Кроме языковых и музыкальных занятий, мы будем отмечать знаменательные даты Азербайджана – праздничные и траурные. Планируются мастер-классы по музыке и рисованию.

Очень важно, что наш Дом открыт не только для азербайджанцев, но и для представителей других национальностей. Мы хотим создать пространство культурного обмена, чтобы люди узнавали о наших инструментах, музыкальных традициях, участвовали в мастер-классах и концертах.

Сейчас у нас открылась и первая выставка картин, которую подготовил мой супруг. Он, кстати, является не только музыкантом, но и художником. Тематика выставки – гранат как символ Азербайджана. В экспозиции также представлены рисунки Франческо, посвященные Дворцу шекинских ханов. На создание выставки мужа вдохновила поездка в Азербайджан...

– ...ваш супруг даже создал произведение в жанре мугама «Чаргях». Он прежде изучал азербайджанскую музыку?

– Франческо в полном восторге от Азербайджана. Настолько, что действительно написал музыкальное произведение Atəşgah. У нас был совместный проект, посвященный стихии огня: Azerbaijan Visual Concert (Il fiore del fuoco – цветок огня). В рамках него я представила свое произведение на основе мугама «Шур» – Alovun səsi. Проект был осуществлен при поддержке Министерства молодежи и спорта, Фонда молодежи и Министерства образования Азербайджана.

Эти работы были представлены в трех городах: в Баку, Праге и Флоренции. Проект вызвал большой резонанс, потому что вместе с нами выступало традиционное мугамное трио: гавал, тар и кяманча. Публика была в восторге. Мы очень хотим показать еще этот проект и в Германии.

– Поделитесь своими творческими планами на ближайшее будущее.

– В настоящее время я работаю над циклом песен для голоса и симфонического оркестра на стихи вице-президента Фонда Гейдара Алиева Лейлы Алиевой. В дальнейшем планируется перевод произведений на немецкий и итальянский языки.

Параллельно намерена организовать серию форумов совместно с соотечественниками и зарубежными специалистами различных профессий. В частности, речь идет о проведении совместных форумов ученых, врачей и педагогов в формате дебатов. Это позволит шире представить мировому сообществу достижения наших ученых и специалистов. Кроме того, в планах реализация культурных и музыкальных проектов в сотрудничестве с известными артистами.

Зулейха Исмайлова