Художница, которая пришла в искусство через науку: холсты памяти и чувств Нигяр Багировой

Она не просто пишет картины, а проживает каждую из них. Творчество Нигяр Багировой – тонкое и многослойное художественное пространство, в котором личные истории переплетаются с универсальными темами памяти, женской идентичности и внутренней трансформации. Ее работы сложно воспринимать как просто визуальные образы – скорее, это эмоциональные состояния, зафиксированные на холсте.

Между тем наша сегодняшняя собеседница пришла в мир искусства уже состоявшимся в жизни человеком, будучи кандидатом биологических наук. Возможно, поэтому в ее работах много изображений природы: гор, виноградных лоз, лошадей – как отражение глубинной связи с живым миром.

…Мы беседуем с Нигяр ханум в ее уютной небольшой мастерской, расположенной в самом сердце Ичеришехер, где каждый камень дышит историей. С первых секунд стало понятно: это не просто встреча, а погружение в ее личное пространство – тихое, глубокое, наполненное смыслами. В интервью Media.Az художница рассказала о внутреннем переломе, изменившем ее жизнь, о значении выставок и реакции зрителей, а также о том, как в ее работах находят отражение глубокие чувства и поиск второй половинки.

– Ваш путь от науки к искусству был постепенным или стал результатом резкой трансформации?

– Это был резкий поворот, который повлиял на мое восприятие жизни. На тот момент я уже была кандидатом наук, и мой «уход» в искусство не был чем-то заранее запланированным.

– А если бы перед вами стоял выбор: наука, искусство или материнство, что бы вы выбрали?

– Если бы мне сказали, что можно оставить только одну из этих ипостасей – ученого, художника или мамы, – я бы без колебаний выбрала материнство. Ведь для женщины ее самое главное предназначение в этой жизни – быть мамой. В целом я не отношу себя к тем, кто считает, что в первую очередь нужно строить карьеру. На мой взгляд, человек должен создавать красоту – настоящую, вечную, ту, которую можно почувствовать и воплотить. И если вкладывать душу и приложить все силы, ребенок вырастает достойным человеком – на благо себе и обществу.

– Давайте подробнее остановимся на вашем творчестве. Ваши работы экспонировались на разных выставках, включая персональные. Насколько важно участие художника в таких мероприятиях?

– Для каждого художника участие в выставках чрезвычайно важно. По моему субъективному мнению, каждый творческий человек, беря в руки кисть, в какой-то момент испытывает сомнение в своих способностях. И всё же, несмотря на это, стремится создать нечто значимое. Выставки же это возможность почувствовать «обратную связь» с аудиторией. И потому мнение буквально каждого человека, который подходит к картине художника на выставке, для него чрезвычайно важно. Безусловно, субъективная оценка случайного зрителя может ранить, а может и подтолкнуть к созданию чего-то совершенно нового.

– А какие художники оказали на вас наибольшее влияние? Чье творчество вам особенно близко?

– Мой любимый художник – Михаил Врубель. Мне также нравятся сказочные работы Виктора Васнецова, живопись Сандро Боттичелли и Пабло Пикассо, скульптуры Огюста Родена. Я видела их работы вживую – и это меня очень поразило. В целом в каждой картине я стремлюсь разглядеть тот образ и почувствовать тот внутренний мир, который художник вложил в свое произведение.

Кроме того, особенно интересно и поразительно видеть, как мои собственные наблюдения и впечатления перекликаются с творчеством великих мастеров. К примеру, недавно я написала картину под названием «Сакура». И когда увидела работы одного из импрессионистов – Клода Моне – в парижском музее, то сразу уловила в них созвучие со своим настроением и стилем.

– Вы назвали Врубеля самым любимым художником. Почему именно он?

– Он изображал человека в демоническом облике, передавая глубину внутренней боли. При этом персонажи его картин всегда обладают выразительной красотой – гармоничными телами, сильными чертами лица. Врубель словно сохранял в них свою личную боль, связанную с трагедией, о которой известно далеко не всем. Когда я смотрю на его работы, мне хочется понять, что чувствовала его душа, что он видел и стремился выразить? Я обращаю внимание на мазки, на формат холста, но для меня гораздо важнее понять, что происходило внутри художника, что его тревожило.

– А насколько для вас важна реакция зрителей?

– Это для меня ключевой вопрос. Мне не столь значимо мнение критиков или других художников – у каждого из них есть свои ошибки, и это естественно. Для меня гораздо важнее реакция зрителей. Каждый человек способен увидеть в работе что-то свое, даже если картина неидеальна. Для меня высшей похвалой были слова одного человека, приобретшего мою работу: «Я выключаю свет и в темноте смотрю на холст». Иначе говоря, он сумел почувствовать заложенный в картине смысл.

– Когда вы создаете свои картины, вкладываете в них эмоции и личные переживания. Как вы понимаете, кому можно их отдавать и кто действительно сможет услышать их внутренний голос?

– Мне кажется, чтобы написать о любви, нужно ее пережить. Ваза с цветами – это просто ваза, а передать человеческую душу – совсем другое, и поэтому иногда мне сложно расставаться со своими работами. Но я отдаю их только тогда, когда вижу, что человек понимает их изнутри, что он на одной волне со мной. Для меня неважно, купит человек работу или нет, гораздо значимее, что он почувствует. Кстати, однажды я подарила картину девочке, которая исполнила танец. В ней было столько солнца и света, что я была в восторге. Она сказала, что мечтает иметь мою работу – и я просто подарила ее.

– Почему в ваших картинах так часто присутствует тема гендерности?

– Недавно я задумалась об этом и поняла, что это связано с тем, что люди порой в течение всей жизни находятся в поисках своей половинки. Во всех моих портретах есть силуэты мужчин – иногда не один, а несколько. Для меня это важная часть – ощущение, что у тебя есть половинка. Горы в моих картинах всегда символизируют вершины, к которым я стремлюсь, а вот силуэты пар, половинки мужчин – они именно о том, что люди ищут свою вторую половинку. Наверное, именно поэтому такие работы находят отклик. Ведь главная проблема человека – не в знаниях или возможностях, а в отсутствии близкой души.

Я никогда не думала, что мои картины окажутся во Франции, США или Малайзии. Но при этом вы вряд ли найдете меня в интернете – я не публикую всё подряд. Мне не нужен пиар. Родственные мне души и те, кому я действительно нужна, сами меня найдут.

– Есть ли у вас работы, которые вы никому не показывали?

– Да, у меня есть такие картины. Некоторые из них я храню исключительно для себя – они слишком личные, и я не считаю возможным выставлять их на всеобщее обозрение. Есть и такие, которые я показывала лишь узкому кругу людей, – тем, чье мнение для меня важно и кто способен по-настоящему понять и прочувствовать вложенный в них смысл. Для меня важно, чтобы картина не просто висела на стене, а чтобы ее видели люди, способные ощутить ее внутренний мир.

…В завершение нашей беседы с Нигяр ханум остается ощущение тихого, но сильного послевкусия – подобного тому, которое возникает после соприкосновения с настоящим искусством. В ее словах чувствуется искренность, в работах – личная история, а в отношении к творчеству – редкая честность перед собой и зрителем.

Эмилия Мурадова