Режиссер монтажа из Москвы: Я хочу доказать, что Азербайджан может создавать шоу мирового уровня

Много лет наш соотечественник Джавид Гаджиев работал в Москве, создавая проекты с известными блогерами, артистами и телеведущими, среди которых Ида Галич, Настя Ивлеева, Егор Крид и Леонид Якубович. Начав карьеру с монтажа, он постепенно вырос до режиссера крупных телевизионных и развлекательных проектов, а теперь решил применить полученный опыт в Азербайджане.

В интервью Media.Az Джавид Гаджиев рассказал о своем профессиональном пути, работе со знаменитостями, различиях между российским и азербайджанским продакшеном, собственных проектах и планах создать в Азербайджане шоу международного уровня.

– Расскажите о своей жизни до переезда в Россию. Как начинался ваш профессиональный путь?

– Я появился на свет в Москве и до восьмого класса учился там. Потом по семейным обстоятельствам мы вернулись в Гянджу – город, откуда берут начало наши корни. После окончания школы я какое-то время занимался разными делами: продавал костюмы, работал в McDonald's. В то время моя мама устроилась поваром на Regional TV, куда я часто приходил. Так я и познакомился с этим миром (улыбается). Однажды зашел в студию, увидел, как работают монтажеры, начал помогать, и меня это очень заинтересовало. Я буквально влюбился в эту работу и начал дома самостоятельно что-то изучать и пробовать.

Так продолжалось до 2016 года. За это время я успел поработать на многих телеканалах Азербайджана. В какой-то момент понял, что достиг определенного потолка и хочу двигаться дальше. Я постоянно покупал курсы у режиссеров, изучал новые программы и старался самостоятельно развиваться в этой сфере.

В 2016 году мне из Москвы написал парень по имени Фарман, который был знаком с Шовги Ахадовым, бывшим участником команды КВН «РУДН», популярным блогером из Азербайджана. Впоследствии он стал моим близким другом.

В то время блогерская сфера только начинала активно развиваться. Фарман написал мне, что Иде Галич (телеведущая, певица, блогер) срочно нужен монтажер. Она должна была выбрать одного человека из трех претендентов. Я ответил, что не хочу, потому что у меня уже был определенный опыт работы с блогерами в Азербайджане, и тогда мне это совсем не нравилось.

Но Фарману удалось меня уговорить, особенно после того, как я узнал, сколько за эту работу платят (улыбается). В итоге за час сделал ролик. Иде Галич очень понравилось, и мы около года сотрудничали удаленно.

А через год мне написала Настя Ивлеева (российская телеведущая, киноактриса и видеоблогер): «Джавид, мы снимаем шоу, ты мне здесь нужен». К тому моменту у меня уже были мысли уехать из Азербайджана, и я подумал, что это сама судьба дает шанс, который нельзя упускать. В итоге решился и переехал в Москву.

В России я около пяти лет работал с Ивлеевой и Галич, параллельно сотрудничая и с другими блогерами. У меня было много разных проектов, и благодаря этому я постоянно развивался. В тот период я также начал работать как второй режиссер. Были и масштабные шоу, где мне также довелось выступить в этой роли. Конечно, изначально я ощущал некоторое недоверие – всё-таки приехал из другой страны и был никому не известным монтажером. Правда, у меня был небольшой режиссерский опыт, однако мне еще многое предстояло доказать. Но постепенно карьера стала развиваться.

– Если не ошибаюсь, один из проектов, в котором вы принимали участие, даже получил премию ТЭФИ…

– Да, мне очень приятно, что AGENTSHOW был отмечен такой престижной телевизионной наградой (улыбается). В тот момент я подумал: как здорово, что можно делать контент и не только зарабатывать на нем деньги, но и кайфовать от того, что ты создал продукт, который так высоко оценили.

Конечно, ТЭФИ вручили не мне лично. Награду получил проект, частью которого я был, но мне тоже удалось внести в него свой профессиональный вклад. Я получил огромное удовольствие от добрых комментариев людей, которые высоко оценили наше шоу. Тогда я понял, что хочу делать контент не только ради денег. Мне хочется создавать то, что будет нравиться людям, от чего они действительно будут получать удовольствие, ожидая продолжения.

Сам я очень часто смотрю различные шоу на Netflix, особенно корейские. И получаю от них огромное удовольствие. Конечно, есть моменты, которые меня раздражают. Например, у них часто идет повторный монтаж – одну и ту же сцену могут показать несколько раз с разных ракурсов, и иногда это утомляет. Но мне очень нравится другое – то, как они придумывают свои шоу: процесс создания идеи, концепции, формат.

– Вы во многом осваивали профессию самостоятельно. А что насчет образования? Вы поступали в какой-либо профильный университет или продолжили развиваться самостоятельно?

– Нет, я сам учился, в основном через интернет. Так прошло два-три года, в течение которых я набирался опыта на небольших проектах. А потом начался карантин, и все стали работать из дома. В какой-то момент мне начали писать: «Давай будем снимать в небольшой студии». Я всегда соглашался, и мы продолжали ездить на съемки даже во время карантина.

Затем я работал режиссером на небольших проектах. И это продолжалось вплоть до начала войны с Украиной. Последующие шесть месяцев мы практически не работали. Однако уже спустя полгода меня стали приглашать на крупные проекты. Например, я начал работать с «Газпромом» и около двух лет сотрудничал с данной компанией. Практически на всех этих проектах я выступал уже главным режиссером. Помимо того, мне довелось работать и над созданием музыкальных клипов.

Со временем все эти ограничения начали давить, работать становилось всё сложнее. И в какой-то момент я подумал: а почему бы не вернуться в Азербайджан? Сейчас я очень рад, что тогда принял это решение.

– Вы работали со многими известными людьми. Какая встреча вам особенно запомнилась?

– Наибольшее впечатление на меня произвела встреча с Леонидом Якубовичем (народный артист РФ, советский и российский телеведущий, актер, шоумен, сценарист, телепродюсер). Это человек, который уже много лет работает на телевидении, настоящий профессионал своего дела.

У меня до этого было много разных проектов с известными людьми. Бывает, человек снялся и сразу ушел, не вникая в какие-либо детали. Обычно ведущий может вообще не интересоваться тем, что происходит с выпуском после съемки: отработал, получил гонорар и пошел дальше. А Якубович детально вникал в процесс монтажа. Он говорил, где и что нужно оставить или вырезать, какой фрагмент будет работать, а какой – нет. Однажды Леонид Аркадьевич пригласил меня к себе домой. Я приехал к нему со своим ноутбуком, и мы начали вместе работать над материалом. Меня поразило то, что человек, который столько лет трудится на телевидении, до сих пор настолько увлечен своим делом. Он постоянно предлагал что-то добавить, изменить, улучшить.

Для меня, молодого парня, сидеть рядом с таким легендарным человеком было чем-то невероятным. Я очень люблю людей, которые живут своим делом. Работа рядом с Леонидом Аркадьевичем дала мне огромную мотивацию и энергию. Мне и самому хотелось сделать всё как можно лучше (улыбается).

– А что это был за проект, он уже вышел в эфир?

– Это было развлекательное шоу новостей «Правда или фейк» для телеканала СТС. Идея заключалась в том, чтобы показывать различные новости и разбирать – настоящие они или вымышленные. Там были разные истории, например, находили золото и пытались представить это как настоящую новость. Мы сняли три выпуска, но в итоге их отказались ставить в эфир. На СТС нам объяснили, что сама идея получилась недостаточно сильной.

Еще мне запомнилось сотрудничество с Bahh Tee (Бахтияр Алиев – певец, автор песен) в ходе работы над проектом, связанным с Lotus media futbol. Он открыл футбольную медиагруппу, где я занимался режиссурой и креативом. При этом Bahh Tee принципиально не хотел брать некоторые виды спонсорских интеграций – для него это было связано с его религиозными принципами. Я понимал его позицию и уважал сделанный им выбор. Однако, к сожалению, это отразилось и на проекте – привлечь спонсоров практически не удавалось. В результате со временем всё пришлось закрыть.

Позже мы продолжили общаться и сотрудничать в рамках других проектов. В целом Bahh Tee – хороший человек, с ним было приятно поработать.

– Вы рассказали о нескольких известных людях, с которыми удалось выстроить плодотворное сотрудничество. А случалось ли, напротив, сталкиваться со знаменитостями, работа с которыми оставляла неоднозначные впечатления?

– Да, например, был такой опыт работы с Егором Кридом. За две недели до старта съемок мы пять раз созванивались по Zoom и много обсуждали все нюансы проекта. Он хотел сделать что-то новое, современное – у него ведь молодая аудитория.

Мы со сценаристом предлагали разные идеи, продумывали концепции, но Егор не верил, что это может заинтересовать его поклонников. Я ему предлагал переделать, попробовать что-то другое. Но в то же время мне понравилось то, что он постоянно был вовлечен в процесс.

Причем еще в 2020 году мы работали с Егором и делали видеоблог о том, как он снимает клип на песню COSMOBOY в стиле PUBG. Криду тогда всё понравилось. Но на этот раз он отверг все наши предложения и идеи, а примерно через месяц я узнал, что на СТС выходит его шоу, которое мы столько времени обсуждали. Как мы поняли со сценаристом, Егор всё-таки выпустил этот проект, но без нашего участия. Я связался с ним, чтобы попытаться разобраться в этой истории. В итоге оказалось, что мы сами допустили ошибку: не оформили и не реализовали идею как собственный проект. Крид сказал, что теперь это его идея и его шоу.

– Давайте поговорим о ваших планах после возвращения на родину. В своем блоге вы говорили, что готовите в Азербайджане проект «нового уровня». Чем он отличается от того, что сегодня уже есть на местном телевидении и в интернете?

– Это моя идея реалити-шоу. Изначально в нем должно было участвовать четыре команды, потом мы сократили их количество до двух. Это был очень большой, масштабный проект, и я был готов практически на всё, чтобы его реализовать.

Телеканал ARB предлагал нам снимать данный проект, но возникали технические ограничения. Например, я просил 12 камер, а мне сказали, что могут предоставить только пять, потому что на большее нет возможностей. Меня это не остановило: любой режиссер может «вытянуть» качественный материал, если он профессионал. Я был готов работать с тем, что есть, лишь бы снять это шоу так, как видел его. Но в итоге у нас не получилось найти общий язык, поэтому я вышел из этого проекта. Однако желание реализовать его в Азербайджане у меня осталось. Скорее всего, я смогу сделать это на своем YouTube-канале (улыбается).

Посмотреть эту публикацию в Instagram

Публикация от Dzhavid Gadzhiev (@dzhavid.g_)

Сейчас я написал еще четыре новых проекта. И буквально вчера встретился с одним замечательным человеком. Он сказал, что увидел во мне потенциал и талант и готов предоставить для работы всё необходимое: павильон, съемочную технику, камеры, свет. Я могу заниматься только съемками, а технические вопросы он готов взять на себя. На первом этапе мы будем работать скорее как YouTube-медиа, ну а потом он хочет создать уже собственный телеканал.

В целом у меня много идей. Например, юмористическое шоу, а также еще несколько нестандартных форматов. Юмористическое ток-шоу пока небольшое: я хочу начать с чего-то простого. Главное – показать людям, что можно создавать качественный контент мирового уровня. Если зрителям это понравится, будем постепенно развиваться и дальше. Главное – зацепить аудиторию.

У меня есть еще идеи по созданию кулинарного и спортивного шоу. Кстати, буквально вчера меня пригласили на İdman TV. Я показал им идею своего спортивного шоу, и они согласились купить права на этот проект.

Однако моя главная цель сейчас – сделать шоу для Netflix. Причем это будет полноценное, очень масштабное реалити. Я показывал его некоторым профессионалам, и они говорят, что это действительно стоящая вещь. Думаю, этот формат может «зайти» в большинстве стран. Начать можно с Турции, а потом уже двигаться дальше.

Я хочу заниматься именно медиа и шоу, причем брать на себя весь процесс. Мне интересно было бы запускать собственные проекты и делать их настолько заметными и качественными, чтобы о нашем телевидении заговорили.

– К слову, что, по вашему мнению, сегодня не хватает азербайджанской индустрии развлекательного контента, чтобы конкурировать с международными проектами?

– К сожалению, другие страны ушли в этом направлении далеко вперед. При этом та же Россия сама часто адаптирует зарубежные форматы. Например, я работал над проектом «Звезды в джунглях». Это адаптация зарубежного формата, который переработали под российскую аудиторию. В проекте участвовали Ольга Бузова (певица, актриса, телеведущая), Михаил Галустян (актер, шоумен) и другие известные люди. В итоге получилось одно из заметных развлекательных шоу.

– Если говорить непосредственно о рабочем процессе, чем отличаются российская и азербайджанская индустрии?

– Прежде всего работой в команде. В Азербайджане один человек часто выполняет сразу несколько задач. Например, если я снимаю шоу, то одновременно выступаю как режиссер, а иногда вынужден заниматься еще и операторской работой.

В России всё гораздо сильнее разделено по специализациям. Если я монтажер, то занимаюсь только этим и не буду параллельно работать над звуком, цветокоррекцией или графикой. Для этого есть отдельные специалисты: графический дизайнер, колорист, звукорежиссер.

Кроме того, как мне кажется, в Азербайджане также не хватает готовности делать что-то новое и рисковать. К примеру, у нас просто покупают франшизу российского шоу, например «Маска». Хотя почему впоследствии такой проект выглядит хорошо? Потому что приезжают специалисты из России и подробно объясняют, как всё должно быть устроено: как построить декорации, выставить камеры, организовать съемочный процесс.

Но когда речь заходит о том, чтобы самостоятельно придумать и создать что-то новое, начинается: «Мы не можем, мы не такой канал, у нас это не получится». А ведь мы способны на большее, и я стремлюсь создать здесь принципиально новый проект. Например, в России ко мне подходили люди и предлагали создать новое шоу. Мы разрабатывали концепцию, снимали, отдавали готовый материал, и все были довольны. Конечно, бывали случаи, когда идея не срабатывала, и тогда проект закрывали. Ну что ж, потеряли немного денег, ничего страшного. Зато попробовали, рискнули и получили опыт. Вот этого мне сейчас не хватает в Баку.

Между тем в Азербайджане тоже хотят делать реалити-шоу в формате survival (упор делается на выживание персонажа в опасных или экстремальных условиях с ограниченными ресурсами), но при этом не готовы достойно финансировать. Мне кажется, нам вообще много чего не хватает в этой индустрии. В частности, профессиональных операторов. Многие специалисты уходят в кино: снимают фильмы, сериалы. Но для развлекательных проектов нужна именно живая съемка. Если у нас предложить снимать шоу в режиме реального времени, то многие просто растеряются. Поэтому нам еще много чего предстоит развивать и менять в этой сфере.

– Как вы считаете, какое шоу сегодня больше всего может захватить местную публику?

– Людей привлекают страдания, боль, интрига. Всем нравится смотреть, когда кто-то проходит через испытания. И это характерно не только для Азербайджана – такое отмечается во всем мире.

Например, есть корейское шоу, где участвуют около ста атлетов. Они соревнуются, стараясь показать свою физическую силу, но при этом проходят через серьезные испытания. Сейчас XXI век, и многие современные шоу как раз построены на таких эмоциях.

– Вы упомянули о желании снять шоу для Netflix. Насколько местные специалисты и рынок готовы к проектам такого уровня, который вы хотите создавать?

– Ну, например, для этого масштабного шоу я планирую приглашать специалистов из разных стран. Конечно, в команде будут и азербайджанцы. Сам я буду кого-нибудь обучать и работать с этим человеком как со вторым режиссером. Некоторых операторов я тоже буду обучать и объяснять им, что и как нужно снимать. Там потребуется много людей – в общей сложности около ста человек, поэтому найти столько специалистов только в Азербайджане будет сложно. Но всё это меня не пугает (улыбается).

Когда я переезжал из Москвы в Баку, то изначально ставил перед собой цель снять реалити-шоу в Азербайджане и начать вести свой блог. Страницу в Instagram я открыл, правда, пока еле-еле ее развиваю. А вот с реалити пока не получилось (улыбается).

Я рад, что и в нашей стране есть люди, которые хотят и готовы делать что-то новое. Когда я только приехал сюда, мне казалось, что дальше проектов типа Maşın-Şou, здесь не готовы идти. В свое время это было интересная программа, но сейчас такой формат устарел, зрителям нужно больше интриги и реальности. Например, когда мы снимали шоу «Звезды в джунглях», всегда подсказывали участникам, что они должны говорить, в каком направлении развивать ситуацию. Таким образом, мы «подогреваем» интерес к истории, наполняя ее событиями, и выстраиваем драматургию конкретного выпуска.

– Вы говорите о необходимости обновления форматов. А как относитесь к тому, что большинство реалити-шоу продлевают на несколько сезонов?

– Мне нравится, когда в сезоне около восьми серий – этого, на мой взгляд, достаточно. Если людям понравилось, можно сделать второй сезон, особенно если появится спонсор. Максимум три сезона – не больше. Я не люблю выжимать из проекта всё, что только можно, – это становится уже не интересным. Хорошо, люди один раз это увидели, второй раз посмотрели – зачем снова показывать то же самое? Лучше дать что-то новое. Мне кажется, постоянное повторение одного и того же быстро надоедает. Кстати, в Азербайджане любят долго развивать один и тот же формат, сезон за сезоном.

– Но если зрители сами требуют продолжения полюбившегося проекта, разве это не показатель его успеха?

– Действительно, это хороший знак. Значит, у канала есть своя аудитория, которой понравилась эта работа. А если публика полюбила один твой проект, то, вполне возможно, примет и следующий. Я бы сравнил это с работой повара. Если людям понравился определенный вкус, я могу ориентироваться на него, но приготовлю что-то другое.

Поэтому лично я не буду продолжать работу над шоу, даже если мне скажут, что зрители просят четвертый или пятый сезон. Для меня это лишено смысла. Если я не могу дать зрителям что-то новое, то зачем растягивать шоу? Я вообще всегда уходил из проектов именно по этой причине. Мне не хотелось по два года или даже дольше работать над одним и тем же. Тем более зачастую это были не мои личные проекты.

– Несмотря на возвращение в Азербайджан, продолжаете ли вы получать предложения из России?

– Недели три назад мне писали из московской компании JUICE Production, с которой я ранее часто работал. В частности, мы сделали вместе несколько проектов. Например, развлекательное шоу «Футбольная монополия. Слуцкий. Дзюба» с Леонидом Слуцким (заслуженный тренер России) и Артемом Дзюбой (российский футболист). Также мы вместе делали проект «Дикая кухня».

Они написали мне и сказали, что я нужен им там. Если честно, у меня даже промелькнула мысль: может, действительно вернуться? Там предлагают хорошие деньги. Но я сказал себе: «Нет». Я уже прошел этот этап. Сейчас мне хочется делать что-то на родине, развивать свои проекты и двигаться дальше. Я не собираюсь сдаваться и не остановлюсь, пока не добьюсь своего.

– И в заключение – поделитесь, каким вы хотите увидеть азербайджанский медиа- и продакшен-рынок через несколько лет?

– Мне хотелось бы, чтобы у местных продакшен-компаний была возможность достойно оплачивать труд своей команды. Когда люди получают достойную зарплату, у них есть мотивация работать, развиваться и делать качественный продукт. В Азербайджане не хватает именно конкуренции и креатива. В этой связи хочется, чтобы здесь появлялось больше сильных продакшен-компаний, которые будут соревноваться между собой и поднимать уровень индустрии.

Я хочу показать, что Азербайджан может не только принимать «Формулу-1» или «Евровидение», но и создавать большие качественные шоу мирового уровня. Для меня важно доказать, что мы это можем сделать!

Зулейха Исмайлова