Наука без границ: как азербайджанский ученый вошел в академическую элиту Канады - ИНТЕРВЬЮ

Арзу Сардарлы – первый азербайджанец, удостоенный звания полного профессора (full professor) в Канаде. Карьерный путь нашего соотечественника пролегал через Азербайджан и Украину, а затем привел его в небольшой канадский город Принс-Альберт, почти половина населения которого составляют представители коренного народа.

– Вы начали работать ассистент-профессором, а спустя десять лет стали полным профессором. Насколько трудным оказался этот путь?

– В Азербайджане, чтобы получить звание профессора, нужно сначала быть старшим преподавателем, затем доцентом. В Канаде система немного отличается: здесь ассистент-профессор – это должность, которая по уровню стоит между старшим преподавателем и доцентом. Однако это полноценная академическая позиция. Чтобы продвинуться и получить звание профессора, нужно соответствовать ряду критериев. Это, прежде всего, преподавание, научная работа, публикации в международных изданиях, участие в конференциях. Каждая ступень оценивается независимыми экспертами из разных стран. Университет направляет им материалы, и только если они дают положительную оценку, вы можете двигаться дальше. При этом учитываются не только научные достижения, но и вклад в жизнь вуза, взаимодействие с коллегами, руководство студентами. Если всё это совпадает с ожиданиями – присваивается звание полного профессора.

– Дало ли вам преимущество ваше происхождение?

– Если говорить строго академически – никакого влияния это не оказало. Но в более широком смысле моя национальная принадлежность и то, где я сформировался как личность, сыграли позитивную роль. Азербайджан – уникальное место, где пересекаются Восток и Запад, Север и Юг. Мы как народ вобрали в себя много ценного от разных культур. Я знаю немало азербайджанских ученых, работающих по всему миру, и большинство из них хорошо адаптируются. Уверен, что опыт жизни на перекрестке цивилизаций дает нам определенное преимущество по сравнению с выходцами из более закрытых культур. Например, у приехавших из Афганистана или Туркменистана адаптация зачастую происходит труднее.

– Вы работали в научной сфере в Азербайджане, Украине и Канаде. Какие ключевые различия между этими системами могли бы выделить?

– В Канаде подход к науке и образованию больше ориентирован на практику. Для многих университет – это часть бизнес-стратегии. Например, у меня обучался студент – владелец заправки. У него не было высшего образования, но он поступил в вуз, чтобы эффективно развивать бизнес.

В Украине же университет рассматривается скорее как способ социального подъема – диплом открывает двери к должностям, даже если вы не работаете по специальности.

А в Азербайджане высшее образование часто воспринимается как вопрос престижа. Мои родственники, например, не особенно задумываются о том, чему будут учиться их дети, – главное, чтобы у ребенка был диплом. Родители гордо заявляют: «Мой сын с высшим образованием», – не уточняя, кем он стал – врачом, учителем или инженером.

– Действительно, в Азербайджане родители стараются дать детям высшее образование, независимо от их способностей. В Канаде такой традиции нет. Как вы считаете, нужно ли всем учиться в университете?

– Я убежден, что учиться нужно всем, но необязательно в вузе. По-моему, Эпикур однажды сказал, что радость от обучения сопоставима с удовольствием от встречи с любимой женщиной. Если у человека есть стремление к знаниям – университет может быть одним из путей, но не единственным. И это не значит, что те, кто не хочет учиться, чем-то хуже. Один мой друг в Канаде – фермер. Ни он, ни его дети не имеют образования, но они материально обеспечены и счастливы. Его страсть – охота, особенно зимой. Однако это тоже форма познания мира, только не через книги, а через природу.

Сейчас я разрабатываю философский курс по эпистемологии (философско-методологическая дисциплина, исследующая знание как таковое, его строение, структуру, функционирование и развитие) для аспирантов. Мы привыкли думать, что обучение возможно только через науку. Но это не так – человек учится через религию, природу, повседневный опыт. В Азербайджане у меня много закомых, которые заставляют своих детей корпеть над учебниками. В результате ребенок воспринимает учебу как наказание, хотя мог бы добиться большего в другой сфере.

– Вы живете в городе, где большинство населения – коренные жители Канады (indigenous peoples). Как вы оцениваете их стремление к образованию?

– Несколько лет назад мы провели исследование в Принс-Альберте, чтобы изучить взаимосвязь между доходами коренного и некоренного населения в зависимости от уровня их образования. Оказалось, что если у аборигена нет высшего образования, то он зарабатывает меньше, чем представитель некоренного населения на такой же должности. Но когда и тот, и другой имеют диплом – доходы почти одинаковы. Это говорит о том, что образование помогает преодолевать дискриминацию и социальные барьеры. Поэтому у коренного населения появляется дополнительная мотивация учиться.

– Есть ли среди ваших студентов представители коренного населения?

– В области математики и физики таких учащихся пока очень мало. У меня есть одна студентка – представительница коренного населения в магистратуре по направлению «Статистика». Недавно один молодой человек тоже подал документы, и я надеюсь, он присоединится к нам в ближайшее время.

– В Канаде вы организовали математические олимпиады для школ, в которых обучаются представители коренных народов, и, насколько известно, эта традиция продолжается. Расскажите, пожалуйста, подробнее об этом.

– Да, всё началось в 2008 году. Тогда я предложил проводить ежегодные математические олимпиады именно среди школ, где учатся дети из числа коренных народов. В Канаде есть общенациональные школьные конкурсы по математике, но большинство учеников-аборигенов живут в отдаленных районах с плохим интернетом, и у них нет возможности участвовать. Поэтому я предложил проводить соревнования прямо в их школах. Эта инициатива продолжается уже 17 лет. Откровенно говоря, я горжусь данным проектом. Это один из самых стабильных и продолжительных конкурсов в Канаде и единственный, специально организованный для коренных народов. Олимпиады проводятся в школах от Британской Колумбии до Онтарио.

– Были ли у вас студенты из Азербайджана?

– С момента переезда в Канаду я мечтал, чтобы у меня появился студент из Азербайджана. Университет коренных народов, где я работаю, сотрудничает с Университетом Реджайны. Я являюсь основным профессором в первом и ассоциированным – во втором. Каждый август мы получаем списки поступающих в магистратуру и аспирантуру. И вот в 2019 году один из коллег сообщил, что на магистерскую программу подала документы девушка из Азербайджана – Хайса Османлы. Он предложил, чтобы я стал ее научным руководителем. Я, конечно, с радостью согласился.

Хайса успешно закончила магистратуру, а в прошлом году защитила докторскую диссертацию по статистике. Насколько мне известно, она стала первой азербайджанкой, получившей степень PhD по этой специальности в Канаде. Хайса очень талантливая, трудолюбивая, требовательная к себе девушка, активно участвовавшая в моих проектах. Я ею очень горжусь.

– Расскажите немного о своих детях. Кто-то из них пошел по вашим стопам?

– У меня двое детей. Когда мы переехали в Канаду из Украины, дочери было пять лет, сыну – четыре. В детском саду учительница заметила, что, хотя девочка не говорит на английском, она с легкостью решает математические задачи. Мы увидели, что ей нравятся числа и закономерности – она записывала номера машин, интересовалась логикой. В третьем классе стало ясно, что дочь значительно опережает сверстников. Школьный директор посоветовал пройти тест на IQ, и результаты оказались очень высокими. Мы перевели ее на заочную форму, и за год она прошла трехлетнюю программу. К 11 годам дочка уже освоила математику за 12-й класс.

В том же возрасте она начала посещать курсы в Университете Альберты. Первое время студенты удивлялись, видя девочку рядом с собой. Позже она многократно выигрывала олимпиады по математике и даже представляла Канаду на международных соревнованиях. Школу окончила на год раньше. Степень бакалавра получила в Принстонском университете, магистра и доктора – в Чикагском. Сейчас дочь работает в сфере математического анализа в американской компании – от академической карьеры она отказалась.

Сын, напротив, выбрал гуманитарный путь – он преподает английский язык и литературу в средней школе. Математику он не особо любит, но как учитель пользуется популярностью. Даже во время практики в школе его уже пригласили работать. Ученики так его любили, что в конце года обклеили всю его машину благодарственными записками. Хотя жена – химик, я – физик-математик, мы не настаивали на том, чтобы дети шли по нашему пути. Каждый должен выбирать сам.

– Как известно, математика – основа науки и технологий. Поэтому многие родители хотят, чтобы их дети хорошо знали эту дисциплину. Некоторые даже отдают их на подготовительные курсы с раннего возраста. Как вы думаете, можно ли в каждом ребенке развить интерес к математике?

– Я не школьный учитель, но на примере своих детей вижу, что базовую математику освоить может каждый. Однако, чтобы стать большим математиком, нужна одаренность. Приведу пример. У моей дочери была одноклассница китайского происхождения. Родители с младенчества пытались привить ей любовь к математике. Как вы знаете, жители Поднебесной придают этому большое значение. Но несмотря на все усилия, у нее не появилось интереса, и она выбрала совершенно другое направление. Так же и наш сын пошел по другому пути и стал успешным. Мне кажется, главное – внутреннее удовлетворение. Думаю, человек будет успешен там, где ему действительно нравится.

– А насколько ваши дети знакомы с языком и традициями Азербайджана?

– Конечно, я рассказывал им о родине, показывал фильмы об Азербайджане. Помню, однажды я собирался поехать в Баку и спросил у детей, что им привезти. Дочь попросила келагаи – традиционный женский азербайджанский платок. Я привез ей этот подарок, и вскоре она прислала мне свою фотографию, где она в этом платке. А сын с самого детства проявлял интерес к рисованию, особенно ему нравилось рисовать бута – традиционный восточный орнамент.

Позже в школе, где он работал, существовала традиция: один раз в год можно было прийти на занятия в национальной одежде. Тогда он попросил меня достать ему азербайджанский костюм. Я обратился к нашим соотечественникам в Эдмонтоне, и они с радостью помогли. В итоге сын пришел на урок в национальном костюме.

Кроме того, в городе Принс-Альберт ежегодно проходит фестиваль Heritage Festival, где представители разных народов демонстрируют свою культуру, кухню, музыку. Сын принял участие в этом мероприятии в качестве волонтера на азербайджанском стенде.

Также в Эдмонтоне учредитель Азербайджанского культурного общества Альберты Сабина Искендерова организовала радиопередачу об Азербайджане и предложила моему сыну вести эту программу. Он согласился и вел передачи в течение трех лет: рассказывал в эфире об азербайджанской музыке, ставил песни. Однажды он даже подготовил передачу о Муслиме Магомаеве.

– Есть ли в вашем городе другие азербайджанцы?

– Насколько мне известно, кроме нашей семьи, в Принс-Альберте азербайджанцев больше нет. Однако в целом в провинции Саскачеван за последние десять лет стало больше молодых представителей азербайджанской диаспоры – особенно в таких городах, как Реджайна и Саскатун.

Я действительно горжусь тем, что они делают. Несколько лет назад, в День независимости Азербайджана, наши соотечественники организовали поднятие флага перед мэрией Реджайны. Я помню, как в 1990 году, когда работал в Институте физики Академии наук в Баку, впервые участвовал в церемонии поднятия национального флага. Тогда у многих уважаемых ученых были слезы на глазах. И ровно такие же эмоции я испытал спустя 32 года в Реджайне. Мне кажется, что современная молодежь – это дети независимого Азербайджана, и они гораздо глубже чувствуют свою национальную принадлежность, чем мы.

– Вы уже 26 лет живете в Канаде, причем в городе, где нет других азербайджанцев. Было ли у вас когда-нибудь желание вернуться в Азербайджан?

– Ностальгия, тоска по родине – естественные чувства, особенно в моем возрасте. Я считаю себя канадцем азербайджанского происхождения. Это не значит, что нужно забывать о своей родине.

В целом я, как азербайджанец и мусульманин, чувствую себя здесь очень комфортно. Пять раз в день совершаю намаз, держу пост. Когда я захотел поехать в хадж, и это пришлось на самый загруженный учебный период в октябре, я обратился к декану и заведующему кафедрой. Один из них католик, другой – иудей. Оба с уважением отнеслись к моему решению и дали мне отпуск. Более того, мне даже выплатили зарплату за эти дни. Речь не о деньгах, а о самом отношении. Я всегда ощущал здесь уважение и к моей вере, и к моей национальности.

Источник: muallim.edu.az