Каспий уходит, решения запаздывают: какие меры могут переломить тревожную тенденцию?

Уровень Каспийского моря значительно снизился в последние годы, а отступление береговой линии особенно заметно в Баку. Об этом министр иностранных дел Азербайджана Джейхун Байрамов заявил, выступая на IV Климатической недели Рамочной конвенции ООН об изменении климата (CW4).

По словам главы ведомства, последствия климатических процессов уже нельзя воспринимать как отдаленную угрозу. В качестве одного из наиболее показательных примеров он привел Каспийское море: береговая линия, которую сегодня можно наблюдать вдоль Бакинского бульвара, уже заметно отличается от той, что существовала всего несколько десятилетий назад.

И такие тревожные заявления в последнее время всё чаще звучат из уст и политиков, и специалистов в области экологии. Согласно данным из открытых источников, с 1995 года уровень Каспия снизился почти на три метра − в среднем примерно на 10 см ежегодно. Это привело к негативным последствиям: так, обмеление Волго-Каспийского морского канала и всех портов на Каспии затрудняет судоходство. Еще более серьезные сценарии рассматриваются в долгосрочной перспективе.

Что можно сделать в складывающейся ситуации? Способны ли прикаспийские страны консолидированными усилиями предотвратить дальнейшее обмеление и испарение моря? Существуют ли действенные пути противостояния этому углубляющемуся кризису?

На эти вопросы Media.Az попросила ответить известных экспертов.

Профессор эконометрики, член Нью-Йоркской академии наук, эксперт Фонда парламентаризма Казахстана Нурлан Мунбаев отметил, что текущие процессы в Каспийском море представляют собой не просто временные колебания уровня воды, а фундаментальное изменение гидрологического режима крупнейшего замкнутого водоема планеты.

«В основе происходящего лежит дисбаланс водного баланса: доходная часть, формируемая речным стоком (где 80-87% объема обеспечивает Волга), атмосферными осадками и подземными водами, уступает расходной части, которая складывается из испарения с поверхности и стока в залив Кара-Богаз-Гол. Главным «драйвером» этого процесса выступает климатический фактор, обеспечивающий 75-80% влияния, поскольку рост температур вызывает интенсивное испарение, опережающее увеличение количества осадков в бассейне моря. Антропогенное воздействие дает от 10 до 15% негативного вклада за счет безвозвратного забора до 40 км³ воды ежегодно из Волги на орошение и водохранилища, а еще 5-10% приходится на тектонические движения земной коры. За период с 1996 по 2025 год площадь водного зеркала сократилась на 28 644 км² (на 7,4%), а уровень Каспия упал до отметки −29,4 м, преодолев исторический минимум 1977 года», − сказал профессор.

По его словам, тенденция к дальнейшему обмелению сохранится в ближайшие 10-15 лет и охватит период как минимум до 2040 года. И хотя годовые темпы падения замедлились с 25-30 см до 15-17 см, к 2040-2050 годам уровень моря снизится еще на 1-1,5 м.

«Моделирование климатических сценариев показывает, что при умеренном уровне выбросов (RCP4.5) отметка уровня воды опустится до −32 м к 2050 году, а при пессимистичном (RCP8.5) − ниже −33 м. Прогнозы казахстанских исследователей также подтверждают этот тренд, указывая на отметки −29,8…−30 м к 2030 году и −32,4…−34 м к 2050-му в зависимости от развития климатической ситуации», − подчеркнул Н.Мунбаев.

Эксперт также обозначил три возможных варианта развития каспийского кризиса.

«Наиболее вероятным до 2040 года является инерционный сценарий, при котором текущие климатические и антропогенные условия сохраняются, приводя к постепенному обмелению портов, отступлению берега на десятки километров, деградации нерестилищ и росту социальной напряженности в прибрежных зонах. Пессимистичный «аральский» вариант возможен при сильном потеплении и отсутствии совместных действий стран региона. В этом случае существует угроза падения уровня Каспия ближе к −34 м к 2050 году, почти полного пересыхания северной части моря в российском и казахстанском секторах, исчезновения популяции каспийского тюленя и полной остановки судоходства. Оптимистичный сценарий допускает стабилизацию уровня на отметках −30…−31 м с последующим медленным ростом, что связывается с возможным естественным циклическим подъемом в районе 2040-2050 годов и консолидированными мерами государств по снижению водозабора», − пояснил он.

При этом, как подчеркнул собеседник, противостояние кризису требует согласованных международных действий и комплексных адаптационных мер.

«В рамках разрабатываемого Плана действий прикаспийских государств на 2026-2036 годы планируется создание единой цифровой карты береговой линии и системы автоматизированного мониторинга. Для снижения нагрузки на речной сток требуется модернизация систем орошения, оптимизация забора воды из Волги и сокращение ее потерь, что в первую очередь зависит от политики России. Адаптация инфраструктуры предполагает перенос портов на новые глубины, строительство защитных дамб и волноломов, а также посадку растительности для укрепления берегов. Экологический блок включает искусственное поддержание нерестилищ, охрану популяции каспийского тюленя и создание защитных лесных полос на обнажившемся морском дне по опыту Аральского региона. Обмеление Каспия представляет собой долгосрочный вызов, однако совместные и своевременные действия пяти прикаспийских стран способны предотвратить масштабную экологическую катастрофу», − убежден Н.Мунбаев.

В свою очередь эксперт по международным вопросам, автор книги «Геополитика Каспия» Ильгар Велизаде заявил, что не каждый специалист может дать однозначный ответ на поставленные вопросы, поскольку до сих пор продолжаются споры о том, чем вызвано периодическое повышение или понижение уровня Каспийского моря и какие факторы здесь играют ведущую роль.

«Я по базовому образованию географ, поэтому хорошо понимаю, насколько тесно эти процессы связаны с климатическими изменениями. Помимо антропогенного воздействия, связанного с влиянием человека на речные системы, существует и природный фактор. Один из ключевых − речной сток: порядка 80% его объема в Каспийское море обеспечивает Волга. Однако есть и другой, пока недостаточно изученный аспект − тектонические процессы, происходящие на глубине и незаметные для человека, но способные тем или иным образом влиять на уровень водоема.

Когда площадь Каспия достигала своего исторического максимума, она составляла порядка 408-410 тысяч км². Для сравнения: это чуть меньше площади Швеции. Сейчас же зеркало моря уменьшилось примерно до 300 тысяч км². Кстати говоря, сокращение водной поверхности приводит и к уменьшению объема испарения. Это в какой-то степени сдерживает темпы высыхания, хотя величина испарения всё равно остается значительной», − пояснил он.

Эксперт также добавил, что сегодня высказываются разные предложения по решению проблемы.

«В советское время была построена дамба, препятствующая проникновению вод Каспийского моря в залив Кара-Богаз-Гол. Дело в том, что основная часть испарения происходит именно с поверхности этой лагуны. В конце 1970-х годов построили дамбу, и к 1983-му Кара-Богаз-Гол полностью пересох. Затем уровень Каспийского моря действительно стал подниматься.

Однако с распадом Советского Союза в начале 1990-х годов власти независимого Туркменистана взорвали дамбу, и вода снова стала поступать в Кара-Богаз-Гол, благодаря чему водный баланс там восстановился. Но именно примерно с того времени уровень Каспия постепенно начинает падать. Впрочем, перекрытие данного залива − тоже не решение проблемы, ведь из-за этого накопившиеся столетиями соленые отложения со дна лагуны стали разноситься ветром по всему региону, вызвав всплеск острых респираторных заболеваний верхних дыхательных путей в Туркменистане и прилегающей Мангистауской области Казахстана», − отметил И.Велизаде.

Он добавил, что в дальнейшем уровень моря может упасть настолько, что вода сама собой перестанет поступать в Кара-Богаз-Гол, но для этого нужно еще определенное время. С другой стороны, продолжил собеседник, большое опасение вызывают процессы, связанные с регулированием стока Волги и Урала (Жайыка).

«Вдоль бассейнов Волги и в верховьях Урала строятся водохранилища и водосборные объекты, а из-за климатических изменений всё больше воды забирается на орошение, что нарушает водный баланс Каспия.

Водосборный бассейн у моря огромный. Только у Волги он составляет 1,8 млн км², и в нее впадают полноводные реки − Ока, Кама, Вятка. В верховьях Волги недостатка воды нет, а вот в низовьях он ощущается из-за нескольких крупных водохранилищ (таких как Саратовское), которые в последние десятилетия стали заиливаться. Нижняя часть реки также заиливается, что затрудняет поступление воды, плюс идет большой водозабор на орошение», − пояснил специалист.

Дополнительным фактором, по его мнению, остается использование устаревших методов полива.

«Капельное орошение в средней полосе России не развито, и там используются старые методы. Жители Нижнего Поволжья ощущают эту проблему и неоднократно обращались к российскому правительству. Была принята программа экологического оздоровления Волги, но насколько эффективно она реализуется − вопрос риторический. Речь должна идти о комплексной оценке состояния стока всех транзитных рек», − полагает И.Велизаде.

При этом он призывает не сводить проблему исключительно к регулированию речного стока. Свою роль играют и климатические обстоятельства − сокращение осадков и высокая испаряемость в сочетании с масштабным водозабором. Вместе с тем, считает эксперт, назвать эти причины единственными или решающими нельзя, поскольку остается значительное количество неизученных вопросов, связанных с геологическими процессами.

«Президент Азербайджана инициировал создание многосторонней группы экспертов для разработки рекомендаций по Каспию. Важно периодически информировать общественность о проводимой работе.

Самое главное сейчас − не просто исследования, а конкретные действия по предотвращению экологической катастрофы. В частности, в Казахстане создан исследовательский институт по вопросам экологии Каспия, аналогичный предлагалось создать и в Азербайджане. Необходимо, чтобы все эти институты и рабочие группы в короткий срок показали свою эффективность, единственным индикатором которой станет изменение тревожной тенденции и повышение уровня Каспийского моря», − заключил И.Велизаде.

Мехти Мамедов