Дипломатия и высокие технологии: азербайджанский юрист о чипах, роботах и глобальных вызовах

В мире, где дипломатия всё теснее переплетается с технологиями, роль юристов нового поколения приобретает особое значение. Азербайджанский специалист в сфере международного права, заместитель директора Вашингтонского юридического колледжа Американского университета Шалала Велиева в интервью Азертадж рассказывает об обучении в США, своем профессиональном пути развития, опыте участия в глобальных правовых процессах и деятельности в ООН, проведенных ею исследованиях в области контроля экспорта полупроводников и чипов, а также о ключевых вызовах современности.

– Прежде всего хотелось бы, чтобы вы рассказали о себе.

– Я родилась в узбекском Ташкенте в азербайджанской семье. Затем вместе с семьей вернулась на родину предков, где мы проживали в городе Загатала. Окончив там же школу, я получила в Баку высшее образование по специальности «Международное право». Затем была принята на работу в Министерство иностранных дел Азербайджанской Республики.

В период работы во внешнеполитическом ведомстве получила в Университете АДА степень магистра по направлению «Публичная политика». Затем начала деятельность в качестве дипломата в посольстве Азербайджана в Соединенных Штатах Америки. Думаю, я стала первым выпускником Университета АДА, работавшим в нашей дипмиссии в США. В то время я взаимодействовала по политическим вопросам с Государственным департаментом, Конгрессом, Министерством труда, Комиссией по международной религиозной свободе и другими соответствующими структурами этой страны. Контакты с послами и высокопоставленными сотрудниками, которые я осуществила за четыре года дипломатической деятельности, дали мне глубокий профессиональный опыт. Я всегда испытываю чувство благодарности за это. В частности, одним из важнейших этапов стала Отечественная война 2020 года, когда вновь была продемонстрирована сила дипломатии Азербайджана, и я была непосредственным свидетелем этих процессов.

На следующем этапе была принята на стипендиальную магистерскую программу по международному торговому и предпринимательскому праву в Вашингтонском юридическом колледже Американского университета. В период обучения поступила на работу в юридический офис штаб-квартиры ООН в Нью-Йорке. Затем, по приглашению Вашингтонского юридического колледжа Американского университета начала деятельность в университете в качестве международного исследователя по торговому праву. Впоследствии, благодаря оценке моей академической деятельности и профессионального опыта, была принята на стипендиальной основе на докторскую программу по торговому праву.

В этот период начали развиваться институциональные отношения сотрудничества между Вашингтонским юридическим колледжем Американского университета и вновь созданной Школой права Университета АДА. Тот факт, что я являюсь выпускницей обоих этих вузов, а также полученные мною знания и опыт в области системы юридического образования, правовой культуры и институциональных подходов обеих стран стали основанием для моего привлечения к данному проекту.

Сегодня я работаю заместителем директора Программы международного юридического образования в Вашингтонском юридическом колледже, и в частности, задействована в рамках проекта сотрудничества с Университетом АДА. Параллельно в рамках своей докторской диссертации провожу исследования в области торгового права и технологий, включая вопросы контроля экспорта полупроводников и чипов. Кроме того, провожу сравнительный правовой анализ законодательных и регуляторных рамок стран, играющих ключевую роль в данной индустрии.

– Эта тема в настоящее время крайне актуальны в мире. В чем заключается роль права в этой сфере?

– Сегодня страны расширяют свою деятельность в индустрии чипов и полупроводников, и эта сфера превратилась в область конкуренции. Важно понимать разницу: чипы изготавливаются из полупроводников – материалов, проводящих электрический ток. Иными словами, компьютерные процессоры, чипы памяти, интегральные схемы, используемые в бытовой технике, солнечные панели и другие компоненты на основе транзисторов нуждаются в полупроводниках.

Значимость этой сферы особенно возросла после пандемии COVID-19. В тот период произошел масштабный переход на виртуальный режим работы, в результате чего спрос технологий на полупроводники резко увеличился. Искусственный интеллект, программное обеспечение, робототехника – всё это состоит из тысяч чипов. Кроме того, полупроводники используются в военной сфере, и государства стремятся внедрять регулирующие механизмы, чтобы предотвратить их применение в недобросовестных целях. Например, чипы двойного назначения могут быть задействованы как в медицине, так и в вооружении.

На конференции, организованной американской компанией NVIDIA, я наблюдала, как технологические компании стремятся создать робота с единым мозгом, способного выполнять любую работу. На мой взгляд, какими бы совершенными ни становились эти умные машины, они не смогут быть столь же идеальными, как человеческий мозг. Основной тезис заключается в том, что в будущем люди и роботы будут сосуществовать.

На конференции я также имела возможность увидеть гуманоидный мозг, который был встроен в робота. Однако создание такого мозга невозможно без сотен чипов. Их подготовка, в свою очередь, является чрезвычайно сложным процессом. Изучение механизмов контроля экспорта каждого чипа представляет собой отдельную и весьма обширную сферу.

Другим примером является то, что для производства полупроводников необходимы критически важные минералы. Часть их имеется в одной стране, другие – в иных государствах. В настоящее время вопрос поставок этих ресурсов находится на повестке дня и вызывает споры. В целом именно процесс производства чипов я исследую и в своей докторской диссертации. Порой даже в шутку говорю, что уже превратилась наполовину в инженера. Поскольку без понимания технической стороны этой сферы невозможно осмыслить ее правовое регулирование.

– Возможны ли нарушения трудовых прав в сфере производства чипов?

– В полупроводниковой индустрии вопросы прав человека, как правило, возникают не в форме прямых судебных разбирательств, а косвенными путями – через цепочки поставок, экспортный контроль, условия труда и технологии наблюдения. То есть с классическими судебными делами мы сталкиваемся крайне редко. В Американском университете организуем панельные дискуссии на эту тему, и основное внимание сосредоточено как раз на нарушениях трудовых прав. К примеру, при добыче критически важного минерала кобальта, используемого в производстве полупроводников, люди работают в крайне тяжелых и вредных для здоровья условиях.

– А кого защищает право в этой сфере – производителя или человека, на которого чип оказывает непосредственное воздействие?

– Оба защищаются разными способами и в рамках различных правовых режимов. Однако баланс зачастую складывается в пользу производителя чипов, особенно в международном торговом праве и законодательстве об экспортном контроле. Нормы, направленные на обеспечение национальной безопасности и внутреннего снабжения, предоставляют производителям значительные преимущества, защищая их интеллектуальную собственность и экономические интересы. Однако это не означает, что в каком-либо контексте при нарушении прав человека производитель будет освобожден от ответственности. Напротив, компании стремятся усиливать регулирование корпоративной социальной ответственности (КСО) для повышения своей конкурентоспособности. Развитие КСО я также наблюдала в ходе своих исследований, связанных с компанией Toyota.

– В свое время после открытия нефти сначала были выявлены месторождения, а затем на повестке дня возник вопрос правового регулирования этой сферы – территориальное право, собственность и прочее. Сегодня, учитывая стремительное развитие технологических инноваций, можно ли сказать, что в ближайшие 5-6 лет право на фоне этих новшеств также станет одной из ключевых трендовых областей?

– Да, этот вопрос широко поднимался и на панельных дискуссиях конференции NVIDIA. Часто говорят, что искусственный интеллект отнимет у нас рабочие места и мы останемся без работы. Однако реальность иная – просто наши профессиональные навыки будут переориентированы на новые направления. В ходе конференции подчеркивалось, что в этой сфере пока недостаточно опытных кадров. Именно поэтому сотрудники компаний, уже обладающие определенным опытом, организуют внутренние тренинги для новых работников.

Так же обстоит дело и с правом. При общении с американскими юристами на эту тему они отмечают, что специалистов, разбирающихся в данной сфере, немного. Юристов, прекрасно владеющих смежными областями – такими как экспортный контроль и интеллектуальная собственность, – достаточно, однако знаний в сфере полупроводников для нынешнего рынка недостаточно. Более того, одним из факторов, усложняющих мою научную работу, является отсутствие книг и ресурсов по этой тематике. Разумеется, данный дефицит можно рассматривать и как преимущество с точки зрения внесения новизны в мои исследования.

Правовые и экономические споры вокруг чипов не новость. Впервые этот вопрос был поднят еще в 1980-е годы, особенно в контексте Японии. В тот период основные разногласия касались конкуренции на рынке бытовой электроники, прежде всего телевизоров, и торгового баланса. Судебные процессы того времени носили более ограниченный характер и в основном рассматривались в рамках торгового права. Сегодня же ситуация изменилась. Полупроводники стали вопросом не только торговли, но и национальной безопасности, экспортного контроля и глобальных цепочек поставок. Особая роль в этой сфере и глобальное влияние принадлежит правилам экспортного контроля США.

В этом контексте стратегическое значение имеют американские союзники, в частности Нидерланды, обладающие сильной полупроводниковой промышленностью. Компании из этой страны глубоко интегрированы в глобальную цепочку поставок, а их деятельность тесно связана с рынками США, Европы и Азии. Поэтому экспортный контроль затрагивает не одно государство, а всю цепочку поставок. Сегодня все более ощущается потребность в опытных юристах, способных ориентироваться в столь сложной правовой среде.

– Каковы ваши планы на ближайшие пять лет? Рассматриваете ли вы работу в какой-либо компании в этой сфере или планируете преподавательскую деятельность на основе полученных знаний?

– В настоящее время у меня есть два обязательства. Моей основной задачей в качестве заместителя директора является реализация проекта со Школой права Университета АДА. Наше сотрудничество продолжается уже несколько лет. Университет АДА – это высшее учебное заведение с динамичным развитием, обладающее сильными институциональными и академическими ресурсами. Вместе с тем существуют направления, которые планируется дополнительно укреплять в сфере юридического образования.

Важно учитывать, что в США юридическое образование не начинается с бакалавриата: сначала студент должен получить диплом по любой специальности. Поэтому выпускники, имеющие степень бакалавра по праву в Азербайджане, могут продолжить обучение в Штатах в магистратуре и получить американскую юридическую квалификацию. После выполнения определенных требований они также получают право сдать адвокатский экзамен в США.

Параллельно я продолжаю обучение в докторантуре в сфере полупроводников (чипов). После ее завершения планирую продолжить деятельность в специализированном направлении, связанном с полупроводниками. Эта может быть работа в академической среде, однако и в этом случае для меня важно делиться полученными знаниями и опытом с будущим поколением.

– Расскажите, пожалуйста, подробнее о программе, реализуемой совместно с Университетом АДА. В чем заключаются основные планы на предстоящий период в этой сфере?

– Переговоры по данному проекту мы начали достаточно давно. В то время я обучалась здесь в магистратуре и работала в ООН. Соглашение же было официально подписано в марте 2023 года. Это был начальный этап, и основной целью являлось определение возможных направлений деятельности в рамках сотрудничества. В настоящее время проект находится на стадии реализации, которая охватывает трехлетний период.

В рамках магистерской программы по обмену уже окончили обучение трое наших студентов, еще пять в настоящее время продолжают учебу. Один из выпускников работает в Министерстве юстиции Азербайджана, двое в настоящее время трудятся в юридических компаниях в США.

Наряду с этим мы также работаем над проектом Юридической библиотеки в Университете АДА. В этом процессе особое значение имеет отбор книг, которые должны соответствовать законодательству Азербайджана, системе образования и требованиям рынка.

В то же время в рамках дисциплины «Юридическое письмо и исследования» два профессора права из Американского университета в течение года преподавали в Азербайджане. Этот курс имеет важное значение для формирования профессиональных навыков письменной речи юристов, поскольку данный аспект являются основой эффективной правовой деятельности. Учебный процесс осуществляется с учетом законодательства Азербайджана и национальных требований.

В целом сотрудничество выстроено на принципе взаимного обучения, то есть оба университета извлекают пользу из данного проекта.

– А как проходил процесс вашей адаптации к жизни в США?

– Разлука с семьей, адаптация к новой среде и неопределенность, переживаемая до тех пор, пока все не наладится, создают трудности. Человек остается один на один с собой. Здесь финансовая стабильность имеет большое значение, и сам по себе путь к ее достижению является серьезным опытом. В этот период наличие хороших друзей и крепкого социального окружения играет особую роль. Если принято решение жить за рубежом, важно интегрироваться в общество, то есть привыкнуть к местным обычаям, повседневной жизни, транспорту и кухне.

В США представители разных народов живут вместе, и все мы учимся друг у друга. К примеру, мои иностранные друзья очень любят азербайджанскую кухню, особенно дюшбере. Я готовлю им это блюдо и приглашаю на наши мероприятия. Они настолько интересно и осведомленно рассказывают об Азербайджане, что это приносит большое удовлетворение. Я в свою очередь изучаю их культуры, и мы обсуждаем сходства и различия. В итоге мы интегрируемся в американское общество и одновременно сохраняем свое национальное наследие.

– В чем вы видите свою роль как азербайджанки и представителя диаспоры? К примеру, какие обязательства ощущаете в плане популяризации Азербайджана?

– Я воспринимаю это не как обязательство, а как естественное чувство – все исходит от сердца и искреннего желания. Взаимный обмен успешным опытом между США и Азербайджаном полезен для обоих обществ.

Моя основная философия – прежде всего быть профессионалом в своей сфере. Независимо от того, где человек работает, первое впечатление чаще всего формируется через его компетентность и национальную идентичность.

Второй важный момент – уметь делиться знаниями и опытом, которыми ты обладаешь. Моя цель – всегда представлять азербайджанскую идентичность в любой точке мира позитивно и профессионально.

С таким же уважением и ответственностью я отношусь к Узбекистану, где родилась и выросла, а также к США, где живу в настоящее время, поскольку эти страны открыли свои двери как для моей семьи, так и для меня.