Чем больше трудностей мы преодолеваем, тем большая награда ждет нас впереди. Удивительная история Фархада Худыева это наглядно доказывает.

В настоящее время наш соотечественник является музыкальным директором и главным дирижером симфонического оркестра Техасского университета (США), лауреатом международных конкурсов, профессором. Его также называют проводником азербайджанской музыкальной культуры на Западе.

Он написал симфоническое произведение «Звуки вечности», в котором умело сочетаются азербайджанские традиционные инструменты, мугам и классическая западная музыка. Его премьера с участием народного артиста Азербайджана Алима Гасымова с ошеломительным успехом прошла на американской сцене. А уже в апреле 2024 года Фархад Худыев впервые выступит в Азербайджане, дирижируя Государственным симфоническим оркестром им. Уз.Гаджибейли.

Но мало кто знает, насколько тернист был его путь к сегодняшнему успеху, славе и признанию. Родившись в Туркменистане в азербайджанской семье, Фархад в подростковом возрасте отправился учиться музыке в США. Далее последовали многолетняя разлука с родителями, языковой барьер и поиски себя…

В интервью Media.Az наш соотечественник рассказал, как, находясь в интернациональной среде, он начал ценить свои корни и осознал важность популяризации азербайджанской культуры. Говоря о своем сочинении «Звуки вечности», Ф.Худыев отметил, что вложил в него все накопленное за долгие годы в искусстве и что хотел выразить через музыку. Наш собеседник признался, что, возможно, оно станет последним в его композиторской деятельности, поскольку, написав это произведение, он выполнил свою самую главную музыкальную миссию.

- Музыкантом какой страны вы себя считаете – Азербайджана, Туркменистана или США?

- Предпочитаю называть себя гражданином мира азербайджанского происхождения. Я родился в Туркменистане, но имею азербайджанские корни. Несмотря на то, что я воспитывался в азербайджанских традициях, мне привили интернациональное сознание. Мы отмечали праздники разных культур, а на полках стояли книги мировых религий и зарубежная литература. И это прекрасно, за что я вечно буду благодарен своим родителям. Особенно стал это ценить с переездом в Америку, где у меня появились друзья со всех уголков мира. Благодаря этому опыту мне приятно и легко общаться с представителями разных культур и народов. 

Наряду с этим всегда помню, что я – азербайджанец, и в хорошем смысле этого слова горжусь этим. Вы знаете, когда находишься в интернациональной среде, то еще больше понимаешь свою культуру, осознаешь, кем ты являешься, находишь самого себя.

- Вы и двое ваших братьев стали профессиональными музыкантами. Как это получилось, учитывая, что ваши родители не из сферы искусства? 

- Моя мама всю жизнь работала кардиологом, а отец - экономистом. К сожалению, он скончался в 2008 году... Несмотря на далекие от творчества профессии, они очень любили музыку и привили это чувство мне и моим братьям. В нашем доме всегда звучала музыка. Мама в свое время брала уроки фортепиано, а папа в молодости играл на ударных инструментах в составе музыкальной группы.

В Ашхабаде мы жили по соседству с Государственной школой для одаренных музыкантов. Первым туда по классу скрипки поступил мой старший брат Эльдар. Педагоги отмечали его абсолютный слух и талант. То, с каким воодушевлением он дома занимался, вдохновило меня научиться играть на этом музыкальном инструменте. Вскоре к нам присоединился младший брат Эмиль. Он учился играть на кларнете. Наши великолепные педагоги отдали нам часть себя, обучая тонкостям музыкального искусства.

- В 15 лет вам пришлось покинуть отчий дом, чтобы продолжить музыкальное образование в США…

- В течение двух лет в нашем доме проживали американские волонтеры Майк и Рода Робинсон, прекрасные люди, которые часто посещали наши концерты в Ашхабаде. Они нам рассказали про известный лагерь искусств Интерлохен в штате Мичиган.

Родители отправили в США диски с нашим исполнением, чтобы мы могли участвовать в американской программе для юных музыкантов. Мы были первыми азербайджанцами, которые подали заявку на обучение в лагере искусств Интерлохен. Нам с Эмилем посчастливилось стать обладателями полной стипендии. Так мы в 2001 году оказались в штате Мичиган, где начали брать музыкальные уроки и играли в симфоническом оркестре. А после окончания программы мы продолжили учебу в Академии искусств Интерлохен. Между тем старшего брата пригласили учиться в консерватории в Техасе также с полным обеспечением.

- Как вы перенесли разлуку с родителями, будучи, по сути, еще ребенком?

- Особенно это было очень тяжело для родителей. Сейчас у меня растут свои дети, и я прекрасно понимаю, что им пришлось пережить. Для них это было большой жертвой... Но они знали, что для нас значит искусство, как мы любим музыку. Им ничего не оставалось как пойти на этот шаг ради нас, нашего будущего…

Часто вспоминаю тот последний час, который мы провели с родителями перед отлетом. Нас одолевали смешанные чувства, понимание того, что неизвестно, когда сможем их увидеть снова. А мне было всего 15 лет, такой важный для каждого подростка возраст.

Нам всем было непросто. Помню, как одновременно с занятиями музыкой мы учили английский язык. Надо сказать, что с самого начала в США нас окружали очень добрые и отзывчивые люди. Американцы не только всячески поддерживали, но и искренне интересовались нашей культурой. Я очень благодарен им всем за столь теплый прием. К тому же Академия искусств Интерлохен находится в очень живописном месте, на лоне дикой природы, среди леса в окружении озер. Бывало, идешь на занятия, а перед тобой дорогу переходит олень. Или же вспоминаю удивительное пение птиц по вечерам. Просто волшебно! Это единение с природой нам также помогало во многом. Я раздумывал над тем, кем являюсь, для чего я здесь и т.д. Это был особенный период. В Ашхабаде я получил музыкальный фундамент, но понимание ценности своей культуры пришло именно в Мичигане.

И еще я познал одну истину. Да, в жизни случаются эмоционально трудные моменты, но когда ты их достойно преодолеваешь, то обязательно открываются двери во что-то прекрасное.

- Вы продолжили обучение по классу скрипки?

- Да, мы с младшим братом получили стипендию и продолжили образование в Академии искусств. Я – по классу скрипки, Эмиль – по классу кларнета. Спустя три года я поступил в Оберлинскую консерваторию по классу скрипки, младший брат – в Кливлендский институт музыки, а старший – в Бостонскую консерваторию.

-  Как же возникла страсть к дирижированию?

- Решение стать дирижером возникло не в один день. Во время обучения игре на скрипке у меня постепенно назревало желание дирижировать. Все началось с того, что в годы учебы в консерватории я собрал собственный оркестр из друзей – таких же студентов, как я. Это был довольно большой симфонический оркестр. Однажды я продирижировал Концерт для фортепиано с оркестром Чайковского, хотя этому даже не учился. Это был мой первый опыт дирижирования. Тем не менее я получил много положительных отзывов, оказалось, что людям понравилось. При этом стремительно развивалась моя карьера скрипача. Я стал обладателем Гран-при и золотой медали на очень престижном конкурсе камерной музыки в США, на котором выступал в составе трио. Мы выступали с концертами в разных американских штатах и даже Европе, одновременно я учился в консерватории.

Но однажды произошла история, ставшая определяющей для меня в музыкальной карьере. Дело в том, что мой профессор по скрипке время от времени дирижировал, когда в оркестре играли его студенты. Однажды он должен был дирижировать Скрипичный концерт Дворжака, но из-за травмы плеча попросил меня заменить его. Естественно, я ему не мог отказать. После репетиции он подошел ко мне и пригласил к себе домой на важный разговор.

Когда вечером я пришел к профессору в гости, он начал с того, что я должен стать дирижером, хотя являюсь прекрасным скрипачом. Весь вечер он пытался меня в этом убедить, и, в конце концов, мне пришлось с ним согласиться. 

После того вечера я начал всерьез задумываться о дирижировании. Более того, стал изучать оркестровые партитуры, чтобы попытаться поступать в аспирантуру по специальности «Искусство дирижирования». Просто хотел попробовать свои силы. Когда пришло время подавать документы, я отправил заявку в некоторые вузы, в том числе и в один из самых престижных – Йельский университет, в который по классу дирижирования брали в год со всего мира лишь одного студента. Конкурс был огромный, потому что они предлагали полную стипендию на обучение. Я отправил им видео дирижируемого мною Концерта Чайковского. Спустя какое-то время меня пригласили на прослушивание, где я должен был продирижировать Йельским филармоническим оркестром. Когда мне позвонили и сообщили о том, что я поступил, для меня это было огромным шоком. Я понял, что подсознательно всегда хотел стать дирижером. Теперь эта мечта начинала претворяться в жизнь. Одновременно с этим мне предстояло принять важное решение относительно трио, в котором я состоял как скрипач. Решение уйти из коллектива мне далось тяжело, учитывая, что мне на тот момент было 22 года, и я был уже состоявшимся музыкантом. К тому же это был очень рискованный шаг, но тем не менее я его сделал. В Йельском университете я провел прекрасные два года и получил степень магистра музыки (Master of Music) по специальности «Симфоническое дирижирование».

- Вы получили музыкальное образование в Туркменистане и США, будучи вдали от исторической родины. Тем не менее в настоящее время являетесь проводником азербайджанской музыки и культуры в Америке. Как это получилось?

- По окончании аспирантуры я год проработал музыкальным директором симфонического оркестра в Нью-Джерси. После этого я получил работу в Калифорнии в качестве директора молодежного оркестра в городе Монтерей. Именно в этом городе я начал еще больше тянуться к своей культуре, корням. Особенно после потери отца в 2008 году… 

Тогда же произошла одна интересная история. Я познакомился с американкой, которая очень любит Азербайджан, – сопредседателем Ассоциации дружбы между Лянкяраном и Монтереем Нэнси Селфридж. Именно по ее инициативе в Лянкяране был открыт «Парк дружбы», заложенный в рамках побратимства этого азербайджанского города с Монтереем. Будучи заместителем мэра города, она часто посещала мои концерты.

С ее помощью я еще больше ощутил связь с Азербайджаном. Стал посещать концерты и мероприятия, организованные действующим в Северной Калифорнии Азербайджанским культурным обществом. Иногда даже играл для них на скрипке, чтобы быть вовлеченным в это сообщество. 

В этот период я познакомился с известными азербайджанскими музыкантами, с которыми мы проводили концерты национальной музыки для американской общественности. Я пригласил кяманчиста Имамйара Гасанова, с которым мы впервые в США исполнили Концерт для кяманчи и оркестра Гаджи Ханмамедова. Потом был Концерт для балабана с оркестром. Позже состоялось еще одно выступление моего оркестра с известным мастером игры на нагаре Натигом Шириновым. Подобные концерты очень полюбились местной публике. Они всегда сопровождались ошеломляющим успехом. Все семь лет, что я проработал в Монтерее, занимался этой деятельностью от всей души и со всей любовью к своей исторической Родине. Пока я жив, всегда буду это делать. Для меня важно, чтобы азербайджанская музыка служила мостом между народами.

Позже я переехал в Техас, где получил должность музыкального директора симфонического оркестра Техасского университета в городе Остин. Это крупный вуз, который славится своей исследовательской деятельностью в разных сферах. 

В первый год моей работы оркестр выступил с концертом, в программу которого я включил и исполнил музыку из легендарного балета Гара Гараева «Тропою грома». Музыканты очень полюбили это произведение. На этом же концерте мы исполнили Симфонию №15 Дмитрия Шостаковича, который, как известно, был педагогом Гара Гараева. Получилось очень символично: начали с произведений ученика, а закончили – сочинением педагога. 

И музыканты в оркестре, и публика, естественно, желали больше подобной музыки. После пандемии коронавируса мы исполнили музыку величайшего туркменского композитора Реджепа Аллаярова, который прошел аспирантуру у Гара Гараева в Баку. Таким образом я продемонстрировал эту связь и преемственность… Я всегда составляю программу с глубоким смыслом, поскольку через музыку по-настоящему можно понять много о мире, найти ответы на самые глубокие вопросы о бытии.

- Хотелось бы перейти к апогею вашей творческой деятельности – написанному вами симфоническому произведению «Звуки вечности».

- Отмечу, что помимо скрипки, я занимался и композиторской деятельностью. Это было некое личное пространство, которое я хотел сохранить внутри. Когда в 2016 году администрация симфонического оркестра Монтерея попросила меня написать произведение, я отказался. После смерти отца я на протяжении многих лет не сочинял. Но меня просили вновь и вновь. В конце концов, решил написать произведение под названием «Звуки вечности». Мне сказали, что оно должно быть продолжительностью 10 минут и подходящим для небольшого симфонического оркестра, то есть для определенных инструментов. Я написал произведение, которое подходило под требуемые параметры. Однако в моей душе оно было незаконченным, ведь каждое сочинение имеет свой глубокий смысл. И только спустя семь лет, уже в Техасе, я его завершил полностью. Для меня это было очень важно, поскольку у каждого человека есть своя миссия. Все по-разному вносят вклад в этот мир. И я подумал, что раз Всевышний повел меня по этому пути, то я должен нести свою культуру на Западе. Моя бабушка, которая была профессором физики, говорила: «По твоему поведению и поступкам будут судить о твоей культуре». Намекая, что я являюсь частью того, что несу.

Много лет назад ребенком я слышал, как мой отец пел песню, в которой были такие слова: «Как найти счастье? Я вам дам совет: секрет счастья заключается в любви, просто любви!» Эти слова запечатлелись в моем сознании и памяти. Они пробудили во мне огромную волну впечатлений и мыслей, были переведены на азербайджанский язык и дали мощный импульс написанию крупного произведения. В этом произведении звучат мои слова и стихи поэта Баба Везироглу. Комбинация из разных стихов родила нечто удивительное, и когда начинает звучать мугам, то словно рождается нечто невиданное... В знаменитой Симфонии №9 Людвиг ван Бетховен впервые использовал человеческий голос в одном ряду с инструментами, когда в самый ответственный момент звучит баритон. В «Звуках вечности» в момент кульминации звучит мугам, что является новым и абсолютно необычным приемом в мире западной музыки.

Это произведение несет в себе все самое доброе, светлое ценное для меня, что я вобрал в детстве. По сравнению с первоначальным вариантом его продолжительность возросла до 30 минут. Кроме того, я добавил звучание традиционных азербайджанских музыкальных инструментов и мугамные импровизации.

В качестве солистов на премьере выступили проживающий в США музыкальный директор фестиваля в Сан-Франциско, кеманчист Имамйар Гасанов, ханенде, народный артист Азербайджана Алим Гасымов, руководитель ритм-группы «Натиг», народный артист Натиг Ширинов и исполнительница азербайджанских национальных танцев Ляман Хендрикс.

Во время исполнения зал четыре раза взрывался аплодисментами, что нехарактерно для концертов классической музыки. После этой грандиозной премьеры я почувствовал, что внес в этот мир что-то по-настоящему значимое...

- В апреле вы впервые выступите с концертом в Баку. Расскажите об этом подробнее.

- Это будет мой дебютный концерт в Азербайджане, где 12 апреля я буду дирижировать Государственным симфоническим оркестром им.Уз.Гаджибейли. С этим событием я связываю большие надежды.

Я посещал Азербайджан лишь однажды, в 2011 году. С теплотой вспоминаю те дни. Мы приезжали с мамой и братьями на 10 дней, чего, естественно, было недостаточно, чтобы посмотреть страну. Мы были лишь в Баку, а мне так хочется увидеть горные районы, побывать в Шеки и, конечно, Шуше. На этот раз планирую все успеть, так как прилетаю с семьей за неделю до начала репетиций. Со мной будут также мои братья со своими семьями и мама.

Если говорить о программе концерта, то в нем прозвучит музыка Гара Гараева, некоторые американские произведения, а также «Ромео и Джульетта» Петра Чайковского.

- А что насчет вашего сочинения «Звуки вечности»?

- Больше всего я хотел, чтобы «Звуки вечности» прозвучали в Азербайджане, но, к сожалению, по многим причинам в этот раз не получается. Этот факт, конечно, очень меня опечалил. Однако надеюсь, что в скором будущем смогу осуществить свою мечту.

Наталья Гулиева

Media.az